Россия и единая теория мира

Первое условие развития – обеспечение безопасности – зависит от эффективности управления окружением. Поэтому во все времена разрабатывались новые виды оружия – средства воздействия на окружение, средства управления.

В основе любого оружия, от технических устройств до религиозного программирования, находятся интеллектуальные технологии. Перед окружением суть этих технологий, как правило, не раскрывается. Окружение дезинформируется.

Создатели и владельцы интеллектуальных технологий, выражаясь библейским языком, традиционно являются «пастырями», управляющими окружением, «овцами», по принципу вертикальной иерархии. Отличительной чертой представителей класса «овец» можно считать ханжество, выраженное в неспособности к нестереотипному мышлению – прерогативе «пастырей». «Овца» мыслит «как все». Мышление по принципу «как все» создает эффект мнимой логичности. Поэтому поведение «овец» программируется. Это принципиальное положение любого управления. Одновременно, именно в парадоксе массового сознания заложены все проблемы, беды и все возможности человечества как цивилизации.

Ситуация такова, что сегодня воздействие на окружение с целью обеспечения безопасности воспринимается и воплощается массовым сознанием лишь в одном виде – через инструменты разрушения. Так все методы практического обеспечения жизни и бытового получения энергии невосполнимо уничтожают природные богатства, губят окружающую среду. Самое мощное современное оружие, ядерное, разрушает основу реальности – микромир. Все мировые религии нетерпимы к иноверию. Причины такого положения дел заложены в особенностях сознания, в принципах мышления (производства мыслей).

Существуют вещи общепризнанные. Аксиомой является утверждение, что прогресс есть двуединство стратегии и тактики. Цель стратегии – решение главных задач, в идеале – общей, единой задачи. Цель тактики – решение частных задач, в идеале – всего их множества. В природе происходит совмещение стратегических процессов (интеграции, непрерывности – объединения) и тактических процессов (дифференциации, дискретности – разъединения).

Применительно к нашей проблеме это означает, что существует два состояния, два вида интеллекта. По причине принципиальной разницы целей стратегии и тактики тактическое мышление принципиально отличается от стратегического. Интегрирующее стратегическое мышление у людей гипотрофировано. Дифференцирующее тактическое – гипертрофировано. Вместо созидательной модели развития реализуется модель всеобщего разрушения. Косвенно эти выводы задокументированы Конференцией ООН по окружающей среде и развитию (1992, Рио-де-Жанейро), признавшей, что «человечество переживает решающий момент своей истории».

Так как логика поведения «овец» фактически не имеет сути, так как массовое сознание всегда отражает привнесенную программу, то происходящий распад мира можно объяснить несовершенством интеллектуальных технологий «пастырей», сумевших создать лишь неполную, тактическую, модель развития: разъединения, паразитизма на окружении.

Такая управленческая модель (»разделяй и властвуй») позволяет «пастырям» успешно существовать и решать свои задачи до определенного момента, но когда процесс дифференциации (в том числе потери связей) неизбежно достигает состояния необратимости, наблюдается угроза безопасности самих «пастырей». Это приводит к вынужденному пересмотру принципов тотального управления и радикальному изменению мировой политики, то есть – к новой мировой доктрине: от дифференциации к интеграции.

Как известно, есть три явных института управления:

— государство (управление обществом);

— церковь (управление человеком);

— наука (управление прогрессом).

Не касаясь аналогичной ситуации в развитии государства и церкви, рассмотрим положение дел в науке – источнике и среде интеллектуальных технологий. Сейчас процесс научной дифференциации налицо: при огромной информативной и экспериментальной продуктивности современной науки профессиональная специализация ученого вынуждает его сознательно суживать направление своих научных исследований с углубленным отслеживанием информации и работой в своей профессиональной, все более узкой, области в ущерб не только его общенаучным знаниям, но и его знаниям в близких, смежных областях науки.

Это приводит в итоге к очевидному отчуждению научных направлений друг от друга, к усугубляющейся разобщенности науки. Есть еще одно следствие дифференциации науки – качественное вырождение научного интеллекта.

По причине осуществленного стремления к дроблению наука представляет сейчас событие, у которого полностью отсутствует стратегический блок. Например, у нее нет единой теории науки – связующего многочисленных наук, нет единой теории мира – фундамента научного здания.

Фактическое отсутствие единой теории науки приводит к дефекту научного развития: не имеющая стройной внутренней структуры и внешней системы заранее известных «научных маяков» наука развивается рассогласованно, неэффективно и непланомерно, наугад.

Фактическое отсутствие непротиворечивой единой теории мира создает парадокс нефундаментальности науки, наука в современном состоянии не фундаментальна по сути, безосновательна.

Наука развивается в соответствии с тактической доктриной, «предел» которой – бесконечное число частностей. Такое знание принципиально не может быть целостным. Это значит, что сформировавшаяся на подобной доктрине наука проповедует нецелостную (то есть искаженную) картину Мира, руководствуется ограниченной, следовательно, ошибочной, парадигмой.

Здесь проявляется парадокс отрицательного влияния науки на общество. Именно наука, искусственно ограничив научный метод и научную парадигму, превратила бескрайний в своей вселенской одухотворенной тайне Мир в просто «материальный» мир. В итоге, наука выступила в качестве органа, создавшего и оформившего дефектное массовое сознание, индивидуалистическую массовую идеологию сиюминутности и вседозволенности – механизм разрушения общества.

Тактическая по принципу «наука у власти» – проявление реального существования монополии в науке, со всеми вытекающими отсюда последствиями.

Однако коренные различия принципов стратегии и тактики позволяют сделать вывод, что наряду с тактической наукой также должна существовать паритетная во всех отношениях стратегическая наука, разумеется, со своими классификационными, принципиально отличными, признаками. Ее задача – формирование и поддержание «стратегического блока», в первую очередь – единой теории науки и созданных на ее основе других стратегических направлений.

Последующее объединение вновь созданной стратегической и имеющейся (откорректированной) тактической наук создает равновесную научную систему, пару, со своими новыми качествами – универсальную науку, в будущем основной научно-практический метод.

К этой научной троице необходимо дополнительно присоединить еще один паритетный научный блок – перспективную науку, сферу научного прогресса, область системного знания с неизвестными качествами, в направлении которой должна развиваться наука в целях её последовательного освоения, и без которой нельзя обойтись, если мы хотим избежать геделевского парадокса неполноты.

Таким образом, естественно складывается квадрат основных наук (стратегической, тактической, универсальной, перспективной).

Объединение основных наук в спектр в совокупности есть единая наука.

Согласно данной простой классификации тактическая наука занимает в числе прочих основных наук лишь одну четвертую часть. Именно на эту величину она объективна, эффективна и продуктивна вне спектра науки.

Учитывая это, можно сделать вывод, что весь научный товар, предлагаемый сегодня на мировом рынке науки, может быть только низкого качества, низшего сорта. С позиций спектра наук, «вершина технической мысли» – современная космонавтика со всей сопровождающей ее индустрией – это каменный топор 20 века, пример заведомо тупикового направления интеллектуальной технологии, созданной на неверной картине Мира.

В науке растет понимание того, что приходит пора интеграции и объективизации знания. Формирование нового научного мировоззрения началось. Сформулирован «антропный принцип» Вселенной. Большая группа американских ученых – нобелевских лауреатов заявили о признании ими Бога. Японские ученые, известные своим умением тонко чувствовать научную конъюнктуру, заговорили, что «для решения глобальных проблем окружающей среды и других общих проблем человечества необходимо создание меганауки, которая объединит усилия многих стран. Предполагается, что результатом объединения явится не просто сумма усилий, а нечто большее, порожденное синергетическим эффектом от интернационального взаимодействия».

В свете происходящих в мировой науке (одном из основных институтов управления) процессов России необходима доктрина управления и самоорганизации с новым – полным – основанием. Ее воплощение связано, в первую очередь, с интеллектуальными технологиями более высокого уровня, требующего интеграции интеллекта, – чтобы количество переросло в качество.

Интеллектуальные технологии надлежащего уровня, создающие необходимые условия единства самоорганизации и управления, может обеспечить Единая теория Мира. Единая теория Мира создана ЗАО »Международная академия меганауки».

Единая теория Мира  – свод предназначенных для неограниченного использования простых (основных, изначальных) универсальных принципов развития и управления, интеллектуальная иерархическая модель Вселенной, адекватная природному устройству, непротиворечивая единая научная картина Мира, позволяющая объяснять любой природный и социальный процесс, влиять на общие и индивидуальные действия, предопределять результат, направленно изменять реальность. Смысловой аналог Единой теории Мира – Универсальное Знание и Универсальное Оружие.

В работе над Единой теорией Мира серьезно помогла древняя ведическая книга »Праведы», содержание которой передано в устной форме записавшим его специалистам Международной академии меганауки одним из хранителей Северной Традиции в Карелии в 2001-2003 г.г. Книга в настоящее время издается в Москве.

Единая теория Мира – научный документ, максимально подходящий для обеспечения процессов самоорганизации и управления в России.

Внедрять интегральные методологии единства самоорганизации и управления на основе Единой теории Мира было бы целесообразно в отдельных подготовленных регионах страны – »территориях согласия».

Международная академия меганауки с 1996 года ведет работы по реализации такого проекта в Карелии. Республика Карелия представляет собой уникальный по комплексу причин субъект/регион, полностью подходящий для перехода на режим »Территории Согласия».