Основные понятия и подходы в городском развитии

Основные понятия и определения для урбанизированных территорий.

Материал нашего курса может рассматриваться как в окружении ряда научных дисциплин и предметов исследований, (таких как экономическая география, регионоведение, системы расселения, градостроительство, методы принятия решений, культурология, архитектура, муниципальное право, социология)    так независимо от  них. Курс построен по принципу самодостаточности. Поэтому та или иная часть материала может быть опущена, если она изучалась в рамках другого курса. Но поскольку наш предмет исследования  требует междисциплинарного подхода, то часть  ключевые понятия каждой дисциплины полезно сделать и достоянием междусциплинарного языка.

Предмет нашего рассмотрения — урбанизированные территории. Это элементы (объекты) системы расселения, для которых характерны следующие свойства:
— профессиональные занятия населения в большинстве или в подавляющем большинстве не связаны с сельскохозяйственными работами;
— наблюдается высокая концентрация обмена информацией, кооперации людей в их деятельности, направленной к наивыгоднейшему использованию материальной среды в целях благоустройства данного объекта и социального благосостояния населения,
—  существует высокоэффективное производство за счет интенсивного разделения труда,
— существует внутренняя целостность этих объектов, обусловленные устойчивыми социально-функциональными связями значительного по численности населения (в пределах 1-1.5 час. на регулярные поездки в одном направлении),
—  высока интенсивность общественных форм жизни.

В современных условиях эти свойства, характерные ранее только для города, все больше распространяются на обширные территории, которые невозможно отождествить с представлением о компактном, пространственно обособленном от своего окружения населенным пункте, которое было изначально положено в основу термина «город». А.Э.Гутнов [Гутнов] говорил фактически по поводу урбанизированной территории, что это «относительно обособленная, функционально связанная область организованной человеком пространственной среды, в пределах которой реализуется комплекс основных видов социальной активности населения, обусловленных достигнутым уровнем развития общества». Он называл это образование городом или градостроительной системой, но добавлял, что «в современных условиях это чаще всего расчлененная урбанизированная территория (агломерация, система взаимосвязанных населенных мест) и значительно реже автономный ГОРОД».

Е.Н.Перцик [Среда человека] считает, что все  больше исчезает   деление  на сельское  и городское    рассселение  и   “по мере того, как  “точечный” город трансформируется в  городскую агломерацию,  в  урбанизированный район     надагломерационного   ранга,   происходит    “вторжение”    городской проблематики в региональную,   их   усиливающееся   переплетение.

Производственная и жизненная среда

Иными  словами, и город, и то, что мы называем  урбанизированной территорией  это  не только скопление жителей.  Это ценная питательная производственная и жизненная среда, обладающая определенным качеством.  Это  качество  заложено в его экономическом потенциале и лежащей на нем исторической миссии служить мощным инструментом интенсификации  общественного производства.  Важнейшие стороны высокого качества городской среды — агломерационная экономия,  «спресованность»,  дающая возможность обеспечить общесоциальные преимущества  для  ускорения  человеческих контактов и  общения между людьми для роста творческого потенциала населения,  удовлетворения его духовных потребностей.  К преимуществам городской  среды относится также ее информационная насыщенность,  многофункциональность,  разнообразие   предоставляемых услуг,  разнообразие  выбора  сфер  жизнедеятельности, соответствующая индивидуальным наклонностям  и  способностям людей.
Все эти качества объясняют высокую  притягательность  городской среды,  а также трудности сдерживания самопроизвольного роста города. Все попытки добиться  этого,  как  известно, оказались безуспешными.

Договоримся о параметрических характеристиках урбанизированной территории.

Чем  измерять территорию?

Можно  линейными  и площадными  размерами,  но  эти  параметры лучше подходят  для малых городов с  населением в несколько десятков тысяч  жителей.
Если  город с большей  численностью  жителей, то   правильнее измерять    его   по затратам времени на  ежедневные  поездки  большинства работающих  жителей. А это, в свою очередь, зависит от  вида основного  городского транспорта.
Размеры урбанизированной территории напрямую связаны с допустимыми и оптимальными  характеристиками  численности и плотности населения.
Споры   об оптимальных  характеристиках города уходит      в   глубокую  древность. Перцик  [Перцик]  свидетельствует, что, Платон определял минимальные размеры,  исходя из необходимости   иметь  в городе  не менее 5  тысяч граждан, способных носить оружие. В ответ на эту оценку он, получил  от Аристотеля   расчет  общего числа жителей впределах 30-35 тысяч, что по его мнению  недостижимо, так как  потребовалось     бы  слишком  много  сельскохозяйственных земель,   примыкающих к  городу.   Сейчас  бы мы  сказали,  что для   такого населения  трудно обеспечить  (в   тех    условиях)  достаточную производительную   силу   среды   урбанизированной  территории.
Размеры.
Существует формула, связывающую среднюю продолжительность трудовой поездки в один конец (в часах) – М со средней продолжительностью рабочего дня (в часах) – Р:

M= (12.3 -P)/6           (1.1.1)

Если равенство выполняется, то город устойчив, то-есть не разваливается на части. Если перевес в какую- то сторону, то у города есть перспектива роста, либо он должен разбиться на отдельные части ( самостоятельные экономические единицы). Учтя продолжительность рабочего дня и среднюю скорость пассажирского транспорта, можно вычислить размеры стабильно целостной урбанизированной территории. В соответствии с формулой (1), территория, обслуживаемая общественным транспортом, вообще не может превышать 500 кв.км, кроме тех случаев, когда он имеет звездообразную форму [Шупер. Забытая наука]. Селитебные зоны при этом должны вытягиваться в виде постепенно сужающихся полос вдоль линий магистрального транспорта. Расползаться по территории в виде пятна урбанизированное образование (город) может только тогда, когда большинство его жителей пользуется индивидуальным транспортом. Лет 10 назад до этого Москве было еще далеко. Но сегодня этот выход из положения для Москвы уже не представляется невозможным.

  1. Обращаем внимание читателя на то, что максимальные размеры связаны с транспортной доступностью, которая в свою очередь определяется господствующим способом перемещения жителей в пределах урбанизированной территории. Главное с позиции развития территории отличие современных городов и городов прошлых столетий в их размерах и транспортной инфраструктуре. Транспортная доступность изменила представления о размерах города.

Выделим теперь минимальную элементарную часть  (ячейку) территории, меньше которой рассмотрение внашем случае нецелесообразно. Это размер должен быть сопоставим с минимальным участком с однородной функцией. В каком-то смысле это точечный объект, размерами которого длянаших исследований можно пренебречь. Глазычев считает [Настольная книга], что «опорной сеткой» для описания урбанизированной территории целесообразно принять прямоугольник 20х30 метров. Это более приемлемые размеры, чем принятые в НИиПИГенплана Москвы размеры «элементарного» участка — квартала 500х500 кв. метров. Последние размеры годятся только для весьма грубых расчетов. Кварталы 500х500 в городе  слишком велики, чтобы любой участок земли в них имел объективно одинаковую ценность, так как из дальнейшего будет видно, что при такой «парцеляции» лучшие участки будут разобраны за меньшую цену, тогда как худшие останутся невостребованными и валовой региональный продукт (ВРП) с  квартала  будет много меньше расчетного.

Плотность населения.

Этот параметр имеет смысл системного  признака только  для  урбанизированной территории  — фактического  города или  для части территории, населенной не  меньшим  числом  жителей, чем  официальное  число   жителей в поселке  городского    типа или в известном автору населенном  пункте,  имеющем статус  города  (Мышкин) —   5000 жителей.   Характерное значение  обычно около 1чел на 100 кв.метров.   Минимальное значение для      случаев,   когда   фактический   и  административный  город  имеют   близкие площади  не бывает  менее 0.3 жителя  на 100 кв.метров. Точные значения  здесь  не годятся из-за разнообразия административных  решений  о включении  ненаселенных  территорий  по тем или иным коньюктурным соображениям в пределы административных  границ.  Например, город Нерюнгри в1995году имел площадь, вдвое большую,  чем Московская область.

Валовой региональный  продукт (ВРП) на  душу   населения.

Этот параметр важен  сточки  зрения возможности территории прокормить свое население и тем самым оправдать свое существование. Дотационный город  — это   нонсенс. Подчеркнем, что важен показатель именно для  формальной экономики.  Неформальная экономика —  либо теневая, ориентированная на вывоз   прибыли,  либо самообслуживание семьи, рода. Эта экономика не дает  возможности    собрать средства   для  развития    территории.  Следует  при этом учитывать статистическую  закономерность, согласно  которой  нормальное  развитие  происходит  в случае, если на  капитальное строительство на территории тратится около 25% ВРП, созданного на ней, а нормальное функционирование (возпроизводство), если на территории  тратится  67% заработанного на ней.
Для    территории, меньшей, чем  субъект федерациии,  ВРП обычно  нерассчитывается.    Но существует  выход,   который  состоит  в возможности  оценки  ВРП  по объемам   «региональных» перевозок  между    оцениваемой  территорией и   внешней по отношению к ней.
Гольц  [Гольц] показал, что  существует  зависимость валового внутреннего продукта России от объема перевозок грузов магистральным транспортом
Yг = 0,0878xг + 162,36,        (1.1.2)
где xг — годовой объем перевозок грузов магистральными видами транспорта, млн. тонн;
Yг — годовой валовой внутренний продукт в ценах 1990г., млрд. рублей.

Им же была сделана попытка нахождения многофакторной модели для валового регионального продукта. Для экономических показателей 1995 года была получена следующая зависимость:
P = 0,963358×1- 0,04173×20,026263×30,402769×40,614901×50,091978 ,       (1.1.3)
где P — валовой региональный продукт в текущих ценах, в % к итогу по стране;
хI — индекс культурного разнообразия — сумма наименований выпущенных в регионе книг, газет, периодических изданий, деленная на 1000 и затем это частное возведенное в степень 0,75; в % к итогу по стране;
х2 — объем перевозок магистральными видами транспорта (включая трубопроводы, вычисленный пропорционально весу добытой нефти и газа в регионе), в % к итогу по стране;
х3 — численность населения, в % к итогу по стране;
х4 — капиталовложения, в % к итогу по стране;
х5 — прожиточный минимум, в % к итогу по стране.
Получена довольно тесная корреляционная связь — коэффициент детерминации 0,9725.

Производительная   сила городской  среды.
Производительная сила городской среды определяет объем валового внутреннего продукта, создаваемого в среднем за один час труда. По мере развития города, индустриального строительства, совершенствования технологий производства, повышения квалификации населения и создания новых средств производства производительная сила городской среды растет. Но для того, чтобы этот рост был стабильным, необходимо подпитывать эту среду трудовыми ресурсами соответствующей квалификации. В  наше время   система   знаний  и технологий  обновляется  не  реже, чем раз в  5-7 лет.  Фактически  это   означает    необходимость непрерывного   образования.  Без  этого  в скором   времени    обнаруживается,  что в городе скапливаются допотопные средства производства, к которым адаптировалось изрядно постаревшее население, и новые технологии начинают тяготеть к молодым, не отягощенным такой предысторией городам. В результате, нарушается способность города производить на экспорт  (хотя бы   в  пределах страны   или  региона)  конкурентоспособную продукцию, а это, естественно, сокращает объем средств, которые можно вложить в развитие технологии и переподготовку кадров. Возникает положительная обратная связь: чем хуже — тем хуже, а  это уже потенциальная возможность деградации   вместо  развития.

Рост и развитие

  1. Производительная сила городской среды определяется транспортной доступностью в пределах   урбанизированной территории, рассматриваемой   как целостный объект.  В случае ориентации города на производство информационных услуг, производительная сила определяется развитостью территориальной информационной сети (уровнем телефонизации, наличием сети ИНТЕРНЕТ,  локальных сетей, оснащенностью  этих сетей). Наукоемкое производство может быть внедрено только в том случае, если будут соответственно обучены квалифицированные кадры, и, соответственно, при наличии  необходимых для приобретения новейшего оборудования средств.
  2. Вопросы оценки производительной силы городской среды рассматриваются далее в различных подходах к маркетингу урбанизированной территории. В частности далее будут рассмотрены связанные с производительной силой понятия налогового потенциала и доходности территории.
  3. Градообразующие (базовые) и градоподдерживающие функции территории.
  4. На урбанизированной территориии производится некий набор товаров и услуг, которые потребляются либо самими производителями (и их иждивенцами) либо вывозятся и потребляются за пределами  территории, составляющей с данной территорией единый производственный комплекс. Наиболее наглядными моделями такого комплекса являются модели «изолированного государства» и модели теории «центральных мест», рассмотренные  в параграфе №2.1.
  5. Производство всех товаров и услуг, которые реализуются, покупаются, потребляются  в пределах этого комплекса называется градоподдерживающей функцией территории.
  6. Производство товаров и услуг, которые потребляются за пределами “комплекса”  или “чужими”, дальними приезжими называется  базовой или градообразующей функцией территории.  Одни и те же товары и услуги могут быть результатом как градоподдерживающей, так и градообразующей деятельности. Поэтому функция считается градообразующей, если доля внешнего потребления превышает некоторый оговоренный уровень. В большинстве случаев этот уровень составляет 50% произведенных товаров и услуг.  Есть услуги, которые не могут рассматриваться как потребленные внутри территории. Например, минеральное сырье, не перерабатываемое, а полностью экспортируемое с территории, или транзитный аэропорт.  Тогда они считаются градообразующими, если они дают достаточно большую (часто более 15%) долю валового внутреннего продукта, произведенного на территории. Некоторые услуги (туризм, отдых, лечение) могут производиться толь внутри территории, но для “внешней” клиентуры. Это тоже градообразующая функция.
  7. Может также рассматриваться градоразрушающая функция. Это могут быть инвестиции, или другая (например, посредническая) деятельность, приводящая  к тому, что с территории уходит больше средств, чем вкладывается, или оставляется в качестве оплаты за сырье или за “живой труд”. Например, если какая-то функция не оплачивается полностью потребителем – горожанином, а хотя бы частично дотируется из городского бюджета, то активное потребление этой функции приезжими, ведет к “экспорту” дотации.  С другой стороны можно найти примеры того, как это делается умышленно. В Словении, например, цена бензина в 90-х годах (может быть и сейчас) была ниже, чем в соседних государствах. Это увеличивало число путешественников,  выбиравших транзитные пути через Словению. Тем самым увеличивался совокупный доход от присутствия на территории государства иностранцев. Тем не менее, функции и виды деятельности, ведущие к стагнации, важно научиться распознавать.

Рост и развитие города может осуществляться исключительно посредством привлечения или зарабатывания городом большого количества денежных средств. Если это не начальная стадия развития города, связанная с экономико-географическим или геополитическим положением места, то зарабатывание городом средств непосредственно связано с его базовой или градообразующей функцией.
Экстенсивное развитие —  рост определяется в основном наличными материальными и энергетическими ресурсами. Качественное позитивное изменение — развитие — в основном информационными ресурсами. Директивное развитие, как правило идет гораздо труднее и не столь интенсивно как  в режиме саморазвития. Развитие связано не столько с наличными ресурсами, сколько с умением их использовать.
Интересен несколько иной подход к определению роста и развития, предложенный Ореховским [Ореховский ]. Он отталкивается от динамических имитационных моделей развития города, предложенных Форрестером [Форрестер]. А эти модели связывают между собой динамику таких параметров как жилье, рабочая сила (включая управленческие кадры, рабочих и безработных), рабочие места в градоподдерживающих  и градообразующих отраслях.  (Об этой модели подробнее см. параграф № 2.2.3.

Фазы эволюции города

Тогда  “развитием города” называется состояние, при котором количество единиц жилья и его общая площадь, а также объем услуг некоммерческих организаций (“бесплатных” общественных благ) увеличиваются быстрее, чем количество жителей и общее количество рабочих мест. При этом значение последнего параметра примерно соответствует количеству городских жителей в трудоспособном возрасте; вынужденная безработица отсутствует. Комфортность проживания в таком городе возрастает, что вызывает переезд в него все новых и новых жителей.

Под “ростом города” понимается состояние, когда количество жителей и рабочих мест растет быстрее, чем количество единиц жилья и объем предоставляемых общественных благ. Город становится все менее удобен для жизни, но все еще притягателен для переезда в него (хотя бы наличием высокооплачиваемых рабочих мест на новых предприятиях). Для советских городов вообще было наиболее характерным именно это положение, наряду со стагнацией.

Под “стагнацией города” понимается состояние, когда разрыв между количеством рабочих мест и количеством единиц жилья и объемом общественных благ достигает такой величины, что прирост населения за счет миграции приближается к нулю. Этим положение стагнации города в административной системе распределения ресурсов значительно отличалось от положения города в капиталистической экономике, для которого характерно превышение количества единиц жилья над количеством рабочих мест, что обуславливает наличие большого числа безработных в таком городе. Если абстрагироваться от переездов, осуществляемых в расчете на принципиально иной уровень комфорта, связанный с объемом предоставляемых общественных благ, механизм которых был одинаков в обеих экономических системах, то в советской экономике люди мигрировали, в основном, в поисках жилья, в капиталистической – в поисках работы.

Наконец, под “упадком города” понимается состояние, при котором дискомфортность жизни в городе, вызываемая плохими жилищными условиями и низким уровнем предоставляемых общественных благ, дополняется сокращением рабочих мест, приводя к появлению безработицы.

Эти состояния можно понимать также как обычные фазы эволюции города. На первом этапе освоения городской территории (если абстрагироваться от ошибок планирования и строительства) наблюдается одновременный ввод большого количества единиц жилья и рабочих мест – пользуясь введенным выше определением, можно говорить о развитии города. Наращивание объемов жилищного строительства привлекает все новых переселенцев, заполняющих временное жилье – общежития, бараки. Город быстро переходит в фазу роста. Возникает хорошо известный отечественным экономистам, занимавшимся территориальными проблемами, разрыв между производственной (рабочими местами в коммерческих предприятиях) и социальной инфраструктурами. Постепенно строительство жилья замедляется. Это происходит в силу целого ряда причин: отсутствия свободной земли под застройку, роста удельного веса ветхого жилья в объеме жилого фонда, старения основных фондов предприятий, что, в свою очередь, приводит к снижению возможностей финансирования строительства жилья. Город вступает в фазу стагнации. Наконец, дальнейшее старение фондов ставит вопрос о закрытии предприятий. Город оказывается перед перспективой упадка.

В Интернете прошла интересная дискуссия признанных экспертов по нормативной базе местного самоуправления по вопросу «федеральное и местное (на уровне субъектов Российской Федерации) законодательное регулирование комплексного социально-экономического развития местных [Интернет-совещание: «КОМПЛЕКСНОЕ СОЦИАЛЬНО-ЭКОНОМИЧЕСКОЕ РАЗВИТИЕ МУНИЦИПАЛЬНЫХ ОБРАЗОВАНИЙ»] с обсуждением нормативно-правовой базы, регулирующей вопросы социально-экономического развития местных сообществ Российской Федерации. Приведем несколько обширных цитат из высказываний  Вобленко Сергея Владимировича    в разделе «Вводное определение понятий», c   нашими комментариями.

Экстенсивное развитие

В.С.В.«Когда речь идет о “социально-экономическом развитии”, необходимо сразу договориться, что имеется в виду. Это не научные определения, а, скорее, описание представлений, попытка разграничить разные понятия.

Улучшение (реконструкция): комплекс мер, направленных на “простое воспроизводство” того или иного объекта или явления, без существенных улучшений его свойств.»
Наш комментарий: Улучшением на Западе (land impovement) называют любое строительство, так как им в голову не может прийти строительство, не приводящее к улучшению. А реконструкция центра города может быть главным шагом в комплексном развитии города в целом. (См. параграф № 3.1.1. о пороговом  анализе   территориального    роста городов).
«Экстенсивное развитие: комплекс мер, направленных на расширенное воспроизводство какого-либо объекта или результата (например, увеличить выпуск автомобилей), поля деятельности и т. п., но без качественного изменения существующей основы.»

Наш комментарий: экстенсивное развитие обязательное следствие инфраструктурных преобразований, вызванных решениями «порогового» типа (см. параграф № 3.1.1..). Экстенсивное развитие или рост является обязательным этапом освоения территории после того как на ней  произошли существенные улучшения «каркаса» (см. параграф .№ 3.2.2.)  и в то же время  еще достаточно свободных либо высвобождающийся площадей  для наращивания «ткани» города. (см. там же)
«Интенсивное развитие: комплекс мер, направленных на качественное изменение существующей основы и за счет этого — расширенное воспроизводство объекта или явления.»

Наш комментарий: это сами инфраструктурные преобразования, вызванные решениями «порогового» типа. Сюда входят и решения о структурной перестройке базовых функций города.
«Инновационное развитие: комплекс “одноразовых” специализированных мер, охватывающих какую-то узкую сферу деятельности, направленных на резкое (прорывное, внезапное) появление нового объекта или явления. Обычно выбирают такую сферу, которая, в случае успеха, способна возбудить “цепную реакцию” положительных изменений и в других сферах.»
Наш комментарий: Сюда также входят и решения о структурной перестройке базовых функций города.

«Развитие не может быть целью деятельности, но всегда — результат хозяйственно-организационной деятельности населения, предпринимателей и органов власти. В контексте стратегических интересов России содержание термина “социально-экономическое развитие” охватывает лишь два последних определения. Почему? Хотя бы потому, что “реконструкция” доставшихся нам от советского периода и периода перестройки отношений (не говоря уже об их экстенсивном расширении) приведет к распаду страны.
Развитие всегда является комплексным. “Некомплексное развитие” — парадоксальное определение, скорее, это “мутация”. »

Запасы и потоки

В   пределах    урбанизированной   территории  следует  различать  два  типа  экономических  объектов:  запасы  и потоки.  Запасы — это конкретные материальные или финансовые объекты,  ресурсы,  ценности, находящиеся на  данной территории.
Главные  запасы  в городе  — это  земля,   недвижимость,   интеллектуальный потенциал,  уровень  образованности,  квалификации   населения, генофонд, состояние   здоровья  и  даже  численность  населения.

Все, что есть ценного  в человеке и что создано руками человека, или присвоено кем бы то ни было в готовом или обработанном виде из природной среды — это запас.
Потоки это скорость изменения запаса во времени. Это новая стоимость, появляющаяся  в процессе труда.  Понятие потока очень важно для понимания экономических процессов. может  быть использовано

Одни  запасы  — знания человека   —  от применения  увеличиваются,  другие – расходуются, изнашиваются. Запасы появляются  и изменяются в результате накопления потока.   Худший    вариант, когда   запасы «портятся»  от невостребованности.  Земля, которая никому не нужна, недострой, не находяший  инвестора – это исчезающий запас. Его наличие без включенности в создание новых потоков не ощущается.

Понятие потока очень важно для понимания экономических процессов. Экономику можно представить упрощенно как одни потоки труд, сырье, полуфабрикаты и деньги  преобразуются в другие потоки, например товары разного вида. Одним из важнейших потоков является вновь создаваемая в результате производственного процесса стоимость. На основе накопления этой стоимости возникают и предметы потребления и недвижимость и производственные фонды.

В советской системе значительная часть валового внутреннего продукта (поток) централизовалась в виде средств производства  (запас). В   многоукладной  экономике управление развитием   территории должно   заключаться   в том,  чтобы разрешить и даже всемерно поощрять вложение части вновь созданной стоимости (поток) в средства производства (запас)  на территории, где эта стоимость  создана. Причем, в этом случае практически не имеет значения, принадлежит  этот   новый запас  государству  или  частным лицам.  Важно, чтобы  частный предприниматель имел возможность  получить доступ  к государственному (муниципальному)  запасу  —   ресурсу  на   конкурентной основе. При этом   предприниматель  должен адекватно оплачивать стоимость чужих (и государственных в том числе!) средств производства, переносимую в продукт.

Приватизации запасов в России уделили  в последнее десятилетие больше внимания,  чем приватизации потоков. При таком подходе становится очевидной опасная тенденция,  связанная с приватизацией такого важного запаса, как средства производства.  Пока средства производства находятся у государства, имеется возможность надежно обеспечить стабильный поток средств для финансирования государственных расходов. (Хотя использование средств производства при этом может происходить с получением меньшей прибыли, чем если они находятся в частных руках.) Собственность в частные руки отдать не страшно, если доходную часть бюджета можно обеспечить по следующей схеме:

  1. произвести обмен запаса на запас: запаса имущественных ценностей на запас денег;
  2. вложить деньги в банк и вместе с налогом на собственность получить поток доходов порой не меньший, чем давала собственность при государственном управлении.

Напротив, собственность в частных руках может дать больший доход,  чем отданные за нее деньги.  Получается взаимовыгодная сделка.  Если же государственные (муниципальные) деньги не вкладываются в какое либо выгодное  городу или региону дело,  а проедаются, власть будет вынуждена сложить с себя какие-то функции. Поэтому, например, Хартия Нью-Йорка разрешает муниципалитету расходовать только доходы от вырученных при продаже муниципального имущества денег. Администрация приходит и уходит, а городское богатство остается.
Популярное сейчас у нас обращение выручки от продажи собственности (запас) в поток текущих расходов городского или государственного бюджета хоть и  позволяет решить сиюминутную аварийную проблему,  но вряд ли может быть рекомендован для повседневной практики.

Для урбанизированной территории главным нерастраченным запасом сейчас остается в большинстве случаев земля. Именно за счет правильного ее использования, подготовки ее  к решению очередных задач развития ключ к рациональной политике городского развития.  Сплошь и рядом говорится, в том числе у авторов, цитируемых в данном пособии о необходимости приватизации городской земли. Однако, напомним, что в Великобритании земля является собственностью короны и никто не жалуется на то, что это мешает развитию городов. Но там, где земля со времен средневековья является частной собственностью, это провело в ряде случаев к беде. Дело в том, что в результате очень трудно бывает изъять у собственника земли дифференциальную ренту, появление которой связано вовсе не с деятельностью собственника земли,  а с развитием городской инфраструктуры на средства городского бюджета. Справедливо было бы изъятие возникшей по этой причине дифференциальной ренты в пользу всей городской общины, то есть в бюджет города.  Между тем, использование городской земли на правах долгосрочной аренды не увеличивают степень риска инвестора, при стабильном земельном законодательстве для урбанизированной территории, но и позволяют городу более гибко управлять поведением землепользователя. В Пенсильвании, например, земельный налог состоит из двух компонент: налога на землю и налога на недвижимость, расположенную на ней.  Сумма этих двух налогов около 6%. Но если в какой-то локальной зоне больше первое слагаемое, то недвижимость растет быстрее, а если больше второе, то эта зона становится территорией элитной застройки.

Основные понятия системного анализа, необходимые для  изучения развития  урбанизированной территории.

Из сказанного выше видно, насколько зыбки основания для наших исследований, если все определения нечетки, неоднозначны, размыты. Поэтому мы с полным основанием можем назать управление развитием урбанизированной территории слабо формализованной проблемой, а сам объект — урбанизированную территорию — сложной системой. Для решения таких проблем применяются эвристические методы либо методы системного анализа.

Системный анализ — это метод междисциплинарных исследований и изучения сложных систем. Системный подход — это инструмент не только научного или управленческого творчества. В первую очередь это инструмент быстрого обучения, быстрого вхождения в проблему.  Поэтому он полезен именно на ранней стадии вхождения проблемы.
Системный подход появился в 60-е годы XX века в качестве реакции ученых на  сложность объектов и проблем. В его основе лежит рассмотрение сложных объектов исследования  как систем. Системный подход заключается в раскрытии целостности объекта, выявлении как внутренних, так и внешних разнообразных связей, составлении единой картины всех знаний об исследуемом объекте.

Система возникает, самоорганизуется или создается для выполнения некоторого комплекса полезных функций, достижения определенных целей.  Даже если это естественная система, ей также часто приписывается целеполагание (как будто пророда имеет цель). Если система создается искусственно, то среди целей можно выделить основные, выполнению которых, собственно, и служит система; второстепенные, отражающие побочные цели создателей системы; вспомогательные, обеспечивающие выполнение основных.  Если система возникает в результате самоорганизации, то лучше говорить о полезных  и вредных функциях, определяемых субъективно.

За реализацию полезных функций необходимо “расплачиваться”. Факторы расплаты включают различные затраты на поддержку работы и развитие  системы. Для искусственных систем следует говорить о затратах на создание, эксплуатацию и утилизацию системы (материальные, трудовые, затраты времени). К «расплате» относятся и создаваемые системой вредные эффекты (засорение окружающей среды, исчерпание ресурсов, ущерб от аварий, в том числе гибель людей, психологические потрясения и т.д.). В таком случае само  развитие следует трактовать как повышение степени идеальности системы, т.е. отношения суммы выполняемых ею полезных функций к сумме факторов расплаты за их выполнение.

Нам будет достаточно иметь упрощенное определение системы: системой называется такое множество взаимосвязанных элементов, которое обладает свойствами, не сводящимися к свойствам каждого из элементов. Элементы, составляющие систему, называются подсистемами, они, в свою очередь, являются системами для своих подсистем и т.д. Каждая система входит в некоторую надсистему. Для города надсистемой является окружающая среда, взаимодействующая с ним и содержащая город в качестве одного из множества элементов. Надсистема для города имеет масштаб не ниже региона, в котором он существует и который связан с городом наибольшим числом связей. Из-за множества этих связей город следует рассматривать как открытую системы. Система, ее подсистемы и надсистемы образуют иерархию. Урбанизированная территория может быть агломерацией городов, сильно связанных между собой, но не обязательно соподчиненных. Такая система может иметь не иерархическую, а «сетчатую» структуру. Наиболее ярко такая структура видна в системе всемирной почты, подсистемами которой являются почтовые службы разных стран. Все подсистемы связаны друг с другом сложными связями, влияют друг на друга, и нельзя выделить однозначно какую-то иерархию.

Основные отличительные особенности урбанизированной территории с позиций системного подхода:

  1. урбанизированная территория — это открытая, сложная, иерархическая общественно-экономическая система, реагирующая перестройкой своей структуры и функций на изменение внешних материальных, энергетических и информационных потоков;
  2.  сообщество урбанизированной территории — целеустремленная система, в которой принципы социального партнерства и приверженность эволюционному пути развития являются основой диалога власти и общественности поисках эффективных путей выхода на процессы самоорганизации в период, когда опыт прежней системы становится неэффективным и у городских властей происходит смена парадигмы управления от методов командования городом к методам служения городской общине.

По первому тезису отметим следующее:

Общественно-экономическая система обычно настроена на ожидание определенного отклика на материю, энергию, информацию, посылаемые ею во внешнюю среду. Если реакция внешней среды не соответствует ожиданиям системы, то происходит следующее:

  1. система прекращает свякое взаимодействие с внешней средой, поскольку система не может прогнозировать результат этого взаимодействия, система «закукливается»;

— система вырабатывает свое внутренне представление о внешней среде, непротиворечивое по отношению к опыту предшествовавшего взаимодействия, включая последние акты взаимодействия, приведшие к кризису;
— система возобновляет взаимодействие с внешней средой на основе новых модельных представлений об этой среде.

Системный подход (СП)

В нашем случае распад старых представлений фактически означает констатацию факта распада старой внешней системы (государственного устройства), распада всех ее элементов, вплоть до распада личности («строителя коммунизма»), идеальной в старой государственной системе, но неадекватной новой внешней (государственной) системе. Естественно, этот распад затрагивает и все промежуточные уровни между личностью и государством в иерархии управления, в структуре взаимодействия, в распределении функций. Старая парадигма управления (аксиоматика системы, надсистемы и подсистемы первого уровня) перестраивается. Подсистема меняет свою структуру (свою аксиоматику взаимодействия с внешней по отношению к себе средой), приспосабливает ее новым условиям существования во внешней среде. При этом элементы системы приспосабливаются и перестраиваются так, чтобы достигалась главная цель системы — сохранение ее относительного постоянства, самосохранение. При этом различные элементы системы могут исчезнуть или преобразоваться.

В каждом элементе системы свойства, играющие негативную роль в прежней надсистеме, могут оказаться позитивными для взаимодействия с новой надсистемой. Идеи (аксиомы), ложные (неэффективные) для старой надсистемы становятся истиными для новой. Как только эти новые идеи овладевают критической массой активных участников взаимодействия системы с надсистемой во всех элементах этой надсистемы, происходит переход количества в качество: система перестраивается так, чтобы соответствовать новым (эффективным) правилам взаимодействия с новой для нее надсистемой.

По второму тезису отметим, что он фактически затрагивает проблему соотношения управления и самоорганизации жизни урбанизированной территории, сообщества его жителей в переходный период развития Российского государства.

Социальное партнерство, гражданское общество — понятия родственные таким, как стратегия «win — win», переговоры без поражений. На вселенском уровне этим принципам соответствуют принципы коэволюции природы и общества, вынужденных развиваться совместно, параллельно, учитывая «цели», «интересы» второй стороны, существующей в том же пространстве, (которое является для обоих сторон общим ресурсом). В этом плане поучителен опыт послевоенной Германии, где идеи социальной рыночной экономики, социального партнерства показали свою жизнеспособность, пригодность для большего прогресса всей нации по сравнению с другими, не опирающимися на те же принципы.

Представление сложного объекта в форме системы требует иных принципов исследования, по сравнению количественными методами классического научного подхода, приведшего к значительным успехам в естественных науках. Главные требования классического научного подхода (КНП):
— воспроизводимость выявленных законов в широких пределах пространственно- временных параметров (догмат абсолютности знания);
— возможность объяснить сложное явление через законы для основных их составляющих (догмат синтезируемости знания о системе по знанию о ее элементах: целое есть сумма своих частей) );
— способы объяснения наблюдаемых фактов пригодны для прогнозирования будущих событий (догмат строгой причинности).

Системный подход (СП) опирается на представления:
1. об уникальности объектов, определяемую их непрерывной тесной связью с внешней средой, отличающейся исключительным разнообразием;
2. о неразложимости объектов на элементарные составляющие мельче подсистем, не сводимых к физической, химической и другим неживым формам движения материи;
3. о недостаточно надежной предсказуемости будущего поведения на основе моделей и теорий, хорошо объясняющих современное поведение объекта (множественность соизмеримых причинно-следственных связей).
В этом случае возможности системного анализа сводятся к сочетанию математического моделирования и морфологического (морфоструктурного) анализа [Морозов]. Под этим понимается, во-первых, классификация объектов поустановленным достаточно четким внешним признакам, во-вторых, — объединение их в морфологически однородные группы. Предполагается, что все объекты втакой группе имеют одинаковую внутреннюю структуру и общую природу.

Системно-иерархический анализ

В результате в системном подходе целое качественно отличается от суммы своих частей и его нельзя реконструировать из них. При этом одним из опорных понятий оказывается понятие «сложность» объекта исследований. Сложность имеет для нашей ситуации как минимум два аспекта: структурный и функциональный.

Со структурной точки зрения объект считается сложным, если его внутренняя структура характеризуется наличием большого числа взаимосвязанных разнообразных частей. При этом морфоструктурный анализ — разложение ввнутренней структуры с целью исследования — может доводиться до уровня элементов, которые не обладают ведущим качеством целого объекта, или же до уровня системных единиц, которые еще обладают в самом минимальном объеме этим качеством. Тогда первый способ анализа будет нацелен на решение проблемы появления ведущего качества у целого при конструировании его из отдельных элементов, а второй способ — на изучение способов появления ведущего качества у целостного объекта. Интенсивность внутренних взаимосвязей между элементами и единицами структуры выделяет его из остального окружения, составляющего внешнюю среду, в которой и относительно которой целый объект и обнаруживает свое ведущее качество, свою функцию. Поэтому вторая, функциональная точка зрения на представление о сложности объекта, состоит в том, что целый объект обнаруживает во внешней среде очень большое разнообразие форм проявления, поведения, функций.

Тогда структурный (или иерархический) вариант системного подхода (ССП- СИП) будут составлять такие принципы исследования, которые нацелены на выявление того, каким образом из имеющихся структурных элементов или единиц формируется определенная, фиксированная форма проявления, поведения. Функциональный вариант системного подхода (СФП) ориентирован наоборот противоположным образом, — как из особенностей той или иной формы проявления (функции) целевого объекта прийти к заключению о его конкретной внутренней структуре, реализующей эту функцию или их совокупность.

Наибольшее распространение СФП получил в форме известного в кибернетике принципа (модели) «черного ящика». Наши системы умеют поведение, которое уместно рассматривать как целесообразное, а сами системы — как целеустремленные. Понятие цели позволяет ввести такие понятия, как «эффективность» действия, управления (как качественная или количественная степень достижения цели), «информация» (данные о внутреннем состоянии объекта и о состоянии внешней среды, которые имеют отношение к поставленной цели и имеющимся средствам). Следует отметить, что СИП и СФП нацелены на анализ уже сложившихся структур целого объекта и они мало что дают для выявления их генезиса. Это восполняет еще один вариант СП — системно-диалектический подход (СДП), главная задача которого — выяснение особенностей качественного изменения целого объекта, перехода его к другому ведущему качеству.

В частном случае, он выявляет предпосылки во внешней среде и «истоки» (зародыши новой внутренней структуры) новой формы организации целого объекта и его последующих изменений (зарождения, развития, деградации).

Для исследования урбанизированных территорий в переходный период к многоукладной экономике этот подход является наиболее эффективным, однако опыт его использования в конкретных исследованиях является ограниченным, хотя в форме общефилософских положений (диалектика существования, диалектика сущности и т.п.) он известен достаточно широко.

Город — сложная система. Главная сложность связана со сложностью, непредсказуемостью поведения людей.
Город как и вся человеческая практика — это социально-экономическая система. Основные признаки социально-экономической системы: структурированность, взаимосвязанность составляющих систему частей, подчиненность организации системы определенной цели.

Системно-иерархический анализ. Системно-иерархический анализ используется при изучении структуры городской среды. Иерархическая структура города отображает систему его элементов, в которых один элемент связан с другим через какие-то «промежуточные» связи. Системно-иерархический подход позволяет упорядочить изучение связей внутри системы.
Гутнов отметил [Гутнов], что городская система с позиций градостроительства имеет в три иерархически взаимосвязанных уровня (подсистема, собственно система, надсистема), которые соответствуют трем областям деятельности человека в области организации жизненной среды человека: архитектуре, градостроительству и районной планировке.
Первый уровень: архитектурно-планировочная система (АПС). Городская среда формируется относительно обособленным пространственно целостным и функционально взаимосвязанным комплексов сооружений и городских пространств — АПС.
В качестве элементов выступают отдельные сооружения, участки открытых пространств для различных форм социальной активности (рынки, площади, пешеходные и транспортные зоны).

Внутренняя целостность системы

Второй уровень: городская система (ГС). В качестве элементов выступают отдельные АПС. Внутренняя целостность системы этого уровня определяется устойчивыми регулярными трудовыми и культурно-бытовыми связями населения (как в компактном традиционном городе). Город является ГС, если в нем замыкаются все системообразующие связи. Размеры и реальные границы ГС определяются величиной предельно допустимых затрат времени на регулярные внутренние поездки. В рамках суточного цикла это не более одного цаса в одном направлении.

Третий уровень: региональная система (РС). Городские скопления, крупные города, агломерации — его элементы. Они взаимодействуют осуществляя развитие экономики на основе замкнутых производственных циклов и решая задачи поддержания общего экологического баланса. Они имеют необходимые ресурсы для известной автономии РС в рамках глобальной экономической системы.
Системный подход в отличие от классического научного подхода позволяет сделать следующие утверждения о городе:

  1. Город, урбанизированная территория – открытая сложная система со свойствами, значительная часть которых не свойственна ни одному из его элементов, взятому в отдельности.

Например, население – это еще не город, но без населения вся городская инфраструктура уже точно не является городом .Это омертвелый капитал. Или, например, безопасность жителя в городе – свойство, зависящее от силовой, экономической, социальной и природоохранной подсистем.

  1. Отдельные функции города, имеющие высокую востребованность, могут выполняться разными элементами. В случае уничтожения, гибели элементов определенного типа, выполняющих конкретные функции, эти функции могут быть взяты на себя элементами других типов, или можно сказать, что другие элементы могут выработать у себя способность выполнять функцию, замещающую утраченную или недоступную в стоимостном отношении.

Так при отставании в строительстве объектов торговли, соцкультбыта в новом районе происходит создание дополнительных объектов по основным путям следования жителей нового района с работы домой. Эти дополнительные объекты, замещающие планируемые, могут быть совершенно непохожими на требуемые. Но в то же время они могут оттянуть на себя потенциал и мощности, необходимые для оказания торговых и коммунальных услуг в самом районе.

  1. Множество факторов, существенно влияющих на саморазвитие города обозримо, порядка одного десятка, но каждый из них может оказаться решающим для глобального изменения направления развития города. Попытки способствовать развитию отдельных факторов, вызывающих позитивные эффекты, наталкиваются на ту трудность, что в различных сочетаниях эти факторы дают неочевидные на уровне здравого смысла нежелательные результаты. Какой из факторов окажется решающим – предсказать на далекую перспективу часто невозможно. Поэтому прогнозы носят в основном вид совокупности сценариев развития, различающихся не по степени вероятности, а по оптимистичности.
  2. Прогнозирование развития городской среды невозможно, без учета динамики: истории развития города, его современного состояния, целеполагания.  (Вспомним о примере с площадью трех вокзалов.)
  3. Потребности функциональных подсистем города определяют его структурно-иерархическое устройство, а не наоборот.

Город открытая система. И поэтому проблема выделения города как системы из надсистемы — системы расселения большего порядка — сводится в проблеме разрезания по минимуму связей, так что сохранившиеся связи оказываются внутренними, а разрезанные (удаленные) внешними. Всегда встает вопрос о граничных значениях. Какой процент связей достаточно рассматривать как внутренние. У генетиков имеется понятие «дем» — социальная группа, вступающая в брак в 80% случаев внутри группы,  а на 20% (от числа семей) со всем остальным миром. Известно, что  в равновесной экономике около 67% доходов региона тратится в самом регионе. Если это процентное отношение не соблюдается, желательно проверить на совпадение экономических и административных границ. Так что соотношение 60% внутренних связей и 40% внешних – не предел для выделения подсистемы из более крупной системы.

При подсчете связей, нужно ранжировать их по транспортной доступности и считать накапливаемую сумму до заданного уровня. При достижении этого уровня  неучтенные связи обозначают границу с внешним миром – надсистемой.

Открытость города как системы допускает как приток, так и отток жителей в зависимости от соотношения качеств его с такими качествами внешней среды, как безопасность, востребованность профессиональных знаний и умений, стоимость жизни, наличие свободного жилья. Ограниченность ресурсов города с одной стороны и возможность покинуть его без особых трагедий, позволяет выполнить для него требование, которое невыполнимо в настоящее время для человечества в целом: жить в городе должно столько людей, сколько он способен прокормить.

Системно-функциональный анализ используется там, где важным аспектом оказывается многофункциональность элементов городской структуры. Этот подход предполагает, что единая система, после того как удалены (исчезли) какие-то ее элементы, выполнявшие определенные функции, другие элементы принимают на себя эти функции либо опосредованно, либо преобразуясь так, что будут отвечать за новые для них функции.

Принципы успешного функционирования системы управления городом:

— принцип необходимого и достаточного разнообразия относительно объекта управления;
— принцип субсидарности ( вышестоящая система берется за выполнение задач только в случае, когда ее не может выполнить система низшего уровня) (соотношение централизации и децентрализации);
— ориентация на потребителя.
И системно-иерархический и системно-функциональный подход не всё дают. Они описывали город как статическую систему, но системно-диалектический подход (СДП) показывает систему в развитии.

  1. Примем условные обозначения:

f1(t) — функция, описывающая настоящее состояние системы;
f0(t — T1) — функция, описывающая состояние системы в момент времени, на T1 более ранний по отношению к настоящему;
f2(t +T2) — функция, описывающая целеполагание –будущее состояние системы.

Необходимо принимать во внимание:
— связь настоящего с прошлым f1(t)= f0(t -T1);

  1. зависимость будущего от настоящего f1(t)= f2(t + T2).

Система уравнений
f1(t)= f0(t -T1);   (1.2.1a)
f1(t)= f2(t + T2)  (1.2.1b)
описывает системно-диалектический подход, т.е. без учета целеустремлённости системы и без знания истории мы не можем прогнозировать ее будущее развитие.
Приведем наглядный пример. Опыты показали, что если взять оплодотворенную клетку морского ежа, то после деления из каждой клетки можно вырастить по одинаковому ежу. Если позволить первой клетке делиться дальше, то после пятого — шестого актов деления некоторые клетки окажутся внешними, а часть — внутренними, окруженными со всех сторон другими клетками. Тогда, если взять одну «внешнюю» и одну «внутреннюю» клетки и пытаться выращивать из них «ежей», то первый получится с маленькими внутренностями, а второй с малыми, редкими иглами. Клетки «помнят» и свою «программу», и свою предысторию. Клетка ежа проще элемента урбанизированной среды, но это наглядная модель системно-диалектического подхода. Для ежей формулы (1.2.1a, 1.2.1b) имеют реальное наполнение. Они очень близко к реальности описывают процесс развития клетки из описанного эксперимента. Для элемента городской среды эти формулы  пока способ схематической записи СДП для городской среды.

Город – это социальная система и многое в его развитии определяется человеческим выбором. Развитию города как системы, подвержено воздействию множества сильных факторов, поэтому для такой сложной  системы сравнительно легко найти уже состоявшееся в прошлом событие — причину, вследствие которой система пришла в какое-то (данное) состояние. Весьма трудно указать, какой из сильных факторов (например, изменение налогового законодательства; прокладка скоростной железнодорожной магистрали рядом с городом) будет самым главным в развитии города. Для прогнозирования развития города, нужно иметь его модель, сопоставимую по сложности с самим городом. Тогда,  хотя бы на знаковом уровне, с помощью  вычислительного  эксперимента, можно пытаться предсказать последствия выбора управленческих решений как в самом городе на уровне руководства, или на уровне значительных масс само организованных жителей, так и в надсистеме.

С точки зрения системных представлений о городе – важен системно-диалектический подход, при котором учитывается не только современное состояние города, но и его прошлое, а так же целеполагание руководства города и его социально-экономической элиты. При этом необходимо иметь модель города, учитывающую инерционность человеческого сознания и поступков для больших социальных общностей.

Не употребляя термина СДП,  фактически  разъясняет его  в своих работах Гутнов [гутнов]. Он называет влияние прошлого на настоящее генетическим кодом города: “Многие из специфических черт и аномалий планировочной организации современного города, которые кажутся, на первый взгляд, результатами действия стихийных, неуправляемых сил, находят неожиданные, но вполне закономерные объяснения в истории становления городского плана. Нити причинно-следственных связей протянулись от наших дней к эмбриональной стадии существования города, когда в начальном, историческом плане впервые обозначались фундаментальные, непреходящие характеристики городской структуры, составляющие своего рода генетический “код” пространственной организации города. Удивительна устойчивость, с которой признаки этого кода (например, характер освоения того или иного планировочного направления) транслируются во времени и пространстве, т.е. воспроизводятся через сотни лет и десятки километров, в совершенно иных социально-экономических условиях.»

Асимметрия московской планировки

Примером влияния генетического кода является  расположение  первых железнодорожных вокзалов в Москве. Раньше железнодорожные вокзалы для пассажирских поездов старались разместить как можно ближе к центру города. Если в Москве, например, сегодня это не так, то причину можно искать в истории. И действительно, площадь трех вокзалов (Ленинградского, Казанского и Ярославского) и Курский вокзал находятся вблизи геометрического центра между двумя царскими резиденциями – Кремлем с одной стороны и районами Измайлово, Преображенского и Лефортово с другой. Со временем столичное (стольное) значение второго центра угасло и вокзалы по новым направлениям стали строиться за пределами Садового кольца. Однако ПРОШЛОЕ   все еще продолжает напоминать о себе…

Гутнов описывает эту особенность так:
«В XVII в.  возникает мощный “выброс” города в сторону Лефортова, который предопределил специфическую асимметрию московской планировки вплоть до XX в.
Эта асимметрия существенно повлияла на характер формирования Московского железнодорожного узла. Главные направления железной дороги (Ленинградское, Ярославское, Рязанское, Курское, Горьковское) подошли к историческому ядру города с восточной стороны, перпендикулярно планировочной оси, ориентированной на северо-восток. Вокзалы оказались сдвинутыми к “центру нагрузок” — геометрической середине вытянутого городского плана.
Сегодня невозможно полностью расшифровать всю сложную цепь взаимодействий и процессов, которая обеспечивает этот удивительный механизм наследования начальных, “врожденных” свойств планировочной структуры. Изучение этого механизма — самостоятельная проблема, в разрешении которой градостроительная наука продвинулась пока недалеко и находится на стадии накопления и первичного осмысления конкретного исторического материала. Однако, как и в биологии, это не ставит под сомнение сам факт передачи наследственных признаков в развитии планировочной структуры города.»

Это развитие обусловлено, следовательно. не только внешними по отношению к планировке города факторами, действующими в каждый конкретный момент (природно-климатическими, социально-экономическим, инженерно-техническими и др.), но и врожденными свойствами, генетическим кодом города как пространственной системы.
Противопоставляя внешние условия (среду) и генетический код, нельзя забывать о том, что сам этот код формируется вместе с возникновением города как отражение определенных внешних условий. Однако, зафиксированный в первичном историческом плане города, он обретает самодовлеющее значение и продолжает воздействовать на развитие планировки, несмотря на то, что породившие его факторы давно утратили свое значение (причем его воздействие в известных пределах независимо от постоянно изменяющихся условий).
Можно сказать, что генетический код обусловливает формирование городского плана на каждом конкретном этапе развития города в тех пределах, в каких это отвечает действующим внешним условиям, а внешние условия — в той мере, в какой это не противоречит генетическому коду.

В качестве  близкого для темы примера можно сослаться на развитие электроснабжения одного  австралийского региона. [География Австрал ] Сначала Правительство предоставило возможность частным компаниям решать вопросы энергоснабжения  самостоятельно. Но со временем встал вопрос о создании энергетической инфраструктуры региона. Сети частных компаний вошли в эту инфраструктуру, но  при этом стала очевидным нерациональность интегрированной инфраструктуры. Однако ПРОШЛОЕ  продолжает непрерывно напоминать о себе.
В качестве упрощенного варианта последнего СДП можно принять предложение Пильман [Проблемы городов переходных экономик. Региональное приложениек журналу «Эра городов» 1998 №3. Фонд «Институт экономики города». http://www.furbin.ru И.С. Пильман. Планирование и организация экономического развития городов..] — на основе выявленных в ходе анализа развития тенденций составлять генетический прогноз и целевой прогноз. Генетический прогноз развития экономики города составляется из предположения, что на перспективу сохранятся выявленные тенденции (экстраполяция). Целевой прогноз предполагает «обратное» построение — исходя из цели выстраивается траектория развития основных секторов, необходимая для обеспечения достижения этой цели (интерполяция). Краткосрочный прогноз (на ближайшие два года) может составляться лишь на качественном уровне.

Самоорганизация систем расселения и развития территорий.

Вопрос о природе самоорганизации систем столь же сложен, как и всеобъемлющее рассмотрение и описание самих систем. Математическое описание самоорганизации связано с нелинейными процессами, характирезующимися неустойчивостью, порождающей непредсказуемое скачкообразное изменение состояния системы, иногда приводящее к хаосу, из которого, собственно, и зарождаются процессы саморганизации.

Приведем примеры процессов самоорганизации:
— лесные муравьи в момент начала строительства муравейника действуют несогласованно. Каждый хватает удлинненный предмет (хвойные иглы, мелки сучья) и перемещает на открытую площадку. Но как только два таких предмета легли перескаясь в некоторой точке, так все муравьи начинают отдавать этой точке предпочтение, перенося туда свой строительный материал. К сожалению горожанам трудно наблюдать это явление. Но вот другой, вполне доступный для наблюдения пример.
— на территории массового гуляния случайным образом появляется бытовой мусор. Но как только в какой-то точке оказалось два выброшенных предмета, так производители мусора начинают предпочитать эту точку другим и куча быстро растет.

Как это ни грубо, но с городами происходит примерно тоже самое, только немного сложнее. Важен принцип концентрации.
Но оказывается, города живут по собственным законам, которые проявляются вне зависимости от желания планировщиков.
Самоорганизация городского развития может наблюдаться даже в тех случаях, когда город строится «почти по плану».

Все дело в этом «почти». Стоит главному городскому архитектору зазеваться и самоорганизация вносит коррективы в городские планы.
Так до СССР дошли в искаженном по неведению виде идеи Э. Говарда о создании небольших городов-спутников вокруг центров индустрии в ответ на вторжение индустриализации в капиталистические Эти города спутники получили говорящее само за себя название город-сад В результате все школьники СССР в свое время знали от Маяковского, что закладываемый на новом месте центр тяжелой индустрии через 4 года будет городом — садом. В условиях внерыночной безрасчетной экономики центр Донецка мог утопать в розах, но на окраинах сохранялись бараки, возникал самострой, так как жилья не хватало. Города жили своей непредсказуемой жизнью даже в плановой экономике.

Не лучше обстояли дела и у последователей Корбюзье. Критикуя капиталистический город начала 20-го века, Ле Корбюзье провозгласил город символом борьбы человека с природой, символом его победы над ней. Этот антропоцентрический лозунг, который практически совпадает с мичуринским «мы не должны ждать милостей от природы, взять их у нее — наша задача» сегодня должен наводить ужас на экологов.

Архитекторы создали тогда «новое градостроительное мышление XX в.» (Корбюзье и др.),  ошибочно полагая, что главные проблемы жизни человечества может ре­шить градостроительство. Полагали, что градостроитель может раз­работать и «предписать» городам такие новые планировочные и объемные реше­ния, которые однозначно окажутся эффективными, реальными, оптимальными. Четко спроектированные функциональ­ные зоны, огромные комплексы стандар­тных, лишенных ненужных украшений жилых и общественных зданий обещали ясную, логическую перспективу развития городов. Этим надеждам не было суждено сбыться. Жизнь оказалась сложнее, бога­че, многоаспектное. Люди не хотят жить в безликих городах, построенных по шаблону. Архи­тектурные новации не решают социаль­ных проблем. Источники роста городов не раскрываются упрощенными схемами. Фантастические проекты «городов будущего», столь модные еще совсем недавно, все очевиднее представ­ляются миражами, отдаленными от ре­альных траекторий развития городов. В качестве примера саморазвития города вопреки замыслов архитекторов  сошлемся на схематическую карту города Бразилиа, которую легко найти в интернете. На  карте города Бразилиа столицы, перенесенной вглубь страны, построенной по проекту О.Нимейера, можно увидеть, что результаты спонтанного строительства сравнялись по площади с территорией первоначального проекта, исказив первоначальный замысел  построить город, напоминающий а плане птицу или арбалет. Всё обросло снаружи малоэтажными строениями.

  1. Город не является пассивной средой. Ему присуща спонтанная активность, вызванная неустойчивостью неравновесных состояний, в которые рано или поздно приходит любая система в результате взаимодействия с окружающей средой. В такие переломные моменты («точки бифуркации») принципиально невозможно предсказать, станет ли система менее организованной или более организованной. В такие моменты все элементы системы активно воспринимают информацию по нетрадиционным каналам и на всех уровнях иерархии действуют однотипно. При этом повторение удачного шага для одного уровня может привести к негативным последствиям на другом уровне или для все системы.

При рассмотрении сложных систем, таких как города в качестве форм проявления объекта во внешней среде следует рассматривать информационные, материальные и энергетические потоки (то есть, рассматривать город как открытую систему). В этом случае кинетика системы (то есть потоки) рассматривается как основа для выделения системы как чего-то цельного, а структуры, возникающие в потоках информации, энергии и вещества, — в качестве частных структур — внутренних частей системы.

Город — урбанизированная территория

При такой интерпретации облегчается введение не только системно -иерархического и системно — функционального подхода, но и системно -диалектического подхода.
Системный подход в равной степени применим к предмету исследования, будь то чисто природная или социально-экономическая система. Можно сказать, что система состоит из подсистем и функционирует во внешней организованной среде, задаваемой надсистемой.

Следовательно, здесь приоритет целого над частями приобретает характер формирующего влияния условий внешней среды по отношению к внутренним структурам исследуемого объекта. Тогда уникальность каждого системного объекта будет проявляться в неодинаковой реакции элементов на одинаковые воздействия и будет результировать в большом разнообразии структур, обеспечивающих одну и ту же кинетику. В частности, благодаря иерархическому строению внутренние структуры упорядочиваются, и формируются относительно автономные блоки, облегчающие регулирование внешних проявлений («целое начинает проявлять себя в каждой из своих частей» — то есть кинетика, в данном случае — потоки вещества, энергии и энтропии поддерживаются на каждом иерархическом уровне своими внутренними структурами).»
Город, урбанизированная территория — самоорганизующиеся системы, находящиеся в сильном взаимодействии с внешней средой. Для самоорганизующейся системы [Н.Винер.

Кибернетика и общество. М. Изд-во иностранной литературы. 1958. 200 с.] характерно наличие системы управления в виде системы взаимоподчиненных алгоритмов разного уровня: алгоритмы определенного уровня определяют не поведение системы в целом, а правила переработки информации, на основании которых может формироваться поведение, а алгоритмы более высокого уровня — выработку этих алгоритмов самообучения. конкретные виды алгоритмов этих типов и операционные правила, на основе которых от этих алгоритмов система переходит к определенным формам поведения в данных внешних условиях, и составляют суть тех принципов организации, которые должны служить направляющим началом при анализе любого сложного объекта и в то же время должны лежать в основе представляющей этот объект кибернетической модели.

Наиболее адекватное средство изучения таких объектов — кибернетическое моделирование объектов, учитывающее их свойства:
— иерархичность,
— опережающее отражение действительности на для обслуживания своего внутреннего свойства -целеполагания,
— способность к адаптации, обучению и развитию.

Быстрый рост городов и городских агломераций, появление новых форм расселения, серьезные негативные последствия стихийного протекания этих процессов в условиях многоукладной экономики потребовал теорети­ческого осмысления закономерностей урбанизации. Существенную роль в исследо­ваниях проблем города, стали играть методы  экономико-математического моделирования городских систем в развитых странах. Соответствующие разработки во многом отражают спе­цифику города с развитой многоукладной экономикой, однако математические приемы их построения могут быть использованы также и при моделировании отдельных аспектов функ­ционирования городов в современных российских условиях.
Основное внимание  «на Западе» уделяется мо­делям, в которых сделана попытка подойти к изучению города с позиций системно­го анализа. По-видимому, именно такой подход наиболее полно учитывает особен­ности города как системы, в которой «все влияет на все».

Законы развития систем

Однако, существуют объективные, принципиально познаваемые законы развития технических систем, и выявление их возможно путем анализа истории развития и соответствующих информационных фондов.. (По этому вопросу использованы материалы различных работ  Альтшуллера Г.С. – автора алгоритма решения изобретательских задач (АРИЗ). Мы все же не решаемся заявить здесь, как это делает Г.С.Альтшулер, что  использование этих законов позволяет прогнозировать и сознательно, целенаправленно, без перебора множества вариантов, не на базе метода проб и ошибок, совершенствовать системы различной природы. Но для решения слабо формализованных проблем  применяются эвристические приемы и методы, среди которых один из полезнейших – метод аналогий. Использование аналогий будит воображение, помогает формировать продуктивные гипотезы. Мы не можем считать горгд, урбанизированную территорию подобной технической искусственно созданной системе хотя бы потому, что в нашу систему входит человек, социальные группы, община. Но в науке возможно использовать не только аналогии между объектами в одной и той же и даже различных ее ветвях. Можно использовать аналогии между аналогиями, что гораздо труднее.  Но ведь и наша задача трудна. Так что есть смысл попробовать. Для этого перед решением своих задач развития территорий полезно примерить к ним рекомендации тех, кто научился хорошо анализировать технические системы. Посмотрим, насколько могут быть использованы для объяснения развития урбанизированных территорий  законы развития технических систем. Это должно помочь анализу в процессе выработки управленческих решений.
Урбанизированная территория, город являются сложной системой, для которой выполняется ряд законов развития.

Закон этапного развития.

В своем развитии с течением времени урбанизированные территории проходят через несколько основных этапов:
a) “Рождение” и “детство” системы. Новая система появляется, когда выполнены два главных условия: есть потребность в системе и имеются возможности ее реализации. Новая система обычно обладает массой недостатков, поэтому тут же начинается процесс самосовершенствования или работа по ее совершенствованию, поиск наилучшей реализации. Происходит и выявление функциональных возможностей новой системы, не предполагаемых ранее. Новые свойства, возможности проявляются во взаимодействии с надсистемами, окружающей средой и т.п. Но все эти возможности осознаются обществом не сразу. Эффективность системы на этом этапе чрезвычайно низка. Одна из причин — противоречие между новым содержанием и старой формой, в которой оно, как правило, реализуется; старая форма не позволяет сразу выявить новые возможности, преимущества. На первом этапе главной движущей силой развития системы является личный интерес ее создателей (энтузиазм, тщеславие, жажда лидерства, власти, надежды на обогащение и т.п.). В соответствии с теорией перестроек, развитой Арнольдом, им противостоят мощные силы торможения. Появление новой системы всегда встречает недоверие и активное сопротивление ее внедрению, которое усугубляется в тех случаях, когда новая система не пионерская (основание нового города на незаселенном месте, например), а идет на смену старой (реконструкция или смена функционального предназначения участка, зоны, территории). В этом случае к обычной психологической инерции общества добавляется еще и сознательное сопротивление тех, кто получал наибольшую выгоду от функционирования старой системы. Важной составляющей сил торможения являются огромные технические трудности, отсутствие средств, высокий уровень расплаты, в том числе, если вопрос затрагивает коренные интересы людей, то и гибель энтузиастов.

Основная работа на первом этапе — снижение факторов расплаты:  устранение нежелательных побочных сопутствующих эффектов, увеличение надежности, безопасности, комфортности, эффективности функционирования. Когда полезность системы осознается обществом, а уровень расплаты снижается до приемлемого, начинается новый этап в ее развитии.
b.) Второй этап — интенсивное развитие системы. Основным содержанием этого этапа является быстрое, лавинообразное развитие. Характерной чертой данного этапа становится активная экспансия новой системы — она вытесняет другие, устаревшие формы существования и производства на данной территории, порождает множество возможностей для реализации личности в новой среде. Главной движущей силой развития на втором этапе становится общественная потребность, которая проявляется в виде определенного рода требований или претензий к системе со стороны надсистемы..

Иллюстрацией первых двух этапов развития  системы может служить история возникновения и развития (саморазвития) таких городов как Одесса и Таганрог [Перцик] в конце XVIII века. Несмотря на все попытки фаворитов императрицы собрать все силы на развитие южных аналогов северной столицы Российской империи  — городов    в устьях Днепра, Днестра и Буга, экономика того времени проигнорировала эти города, но выбрала города, для подавления роста и развития которых прикладывалось немало управленческих усилий. В Одессе даже не приветствовалось начальством появление офицеров  российского флота. Но именно из этих городов открывался кратчайший путь (напрямик по степи) устремившейся на европейский рынок пшенице приазовья и причерноморья.  Несмотря на все неудобства расположения этих городов как портов (отсутствие удобных бухт для защищенной от  морской стихии стоянки судов) они развились потому, что оказались ближайшими на берегах морей точками от районов бурного в тот момент производства  пшеницы. Эта пшеница появилась в результате освоения российским дворянством черноземных причерноморских и приазовских степей. Целинные черноземы давали в 4-5 раз больше зерна, чем  получали хозяйства нечерноземья при тех же трудозатратах. Выращенная пшеница не была в тот момент  лишней  для России, но поставка ее на европейский рынок давал больший доход. Поэтому силы торможения, характерные для первого  этапа, постепеннно ослаблялись и  исчезли.  Затем изменившаяся коньюктура чатично «поставила на место»  Таганрог, но Одесса так и осталась крупнейшим городом портом царской  России, несмотря на отсутствие удобной бухты, удаленности от крупнейших рек, впадающих  в Черное море, и при дефиците питьевой воды.

Реальное угасание городов

На втором этапе часто появляются новые тормозящие развитие факторы, в первую очередь нехватка обученных людей, неразрешенность некоторых важных организационно-правовых вопросов и т.п. В этом случае развитие задерживается, но ненадолго — общество мобилизует силы и средства для преодоления трудностей. На втором этапе система становится экономически выгодной, и эффект постоянно растет.

Но к концу этапа, несмотря на все возрастающий вклад сил и средств в развитие системы, рост важнейших ее характеристик замедляется. (Обычно это происходит из-за того, что резко начинает увеличиваться та или иная вредная функция, какой-то из факторов расплаты). В развитии системы наступает следующий этап.
c.) Третий этап — “старость” и “смерть” системы. Основным содержанием этого этапа является стабилизация параметров системы. Небольшой прирост их еще наблюдается в начале этапа, но в дальнейшем практически сходит на нет, несмотря на то, что вложение сил и средств растет. Резко увеличивается сложность системы, даже небольшие улучшения параметров требуют, как правило, очень серьезных исследований. Вместе с тем экономичность системы остается еще высокой, потому что даже небольшое усовершенствование, помноженное на массовое использование оказывается эффективным. Движущими силами развития на этом этапе остается потребность общества. Вместе с тем по ряду систем оно может быть вполне удовлетворено достигнутым уровнем и не нуждаться в улучшении. В этом случае затраты общества резко снижаются, так как они связаны именно с попытками совершенствования, а поддержание системы может быть достаточно дешевым, более того, затраты на него будут снижаться за счет повышения общего уровня технологии. Необходимо отметить, что отказ общества от направленного совершенствования подобных систем вовсе не означает полное прекращение их развития. Системы улучшаются как бы попутно с другими, за счет появления новых технологических возможностей, социальных изобретений и т.п. В конце концов старая, отжившая система “умирает”, заменяется принципиально новой, более прогрессивной, обладающей новыми возможностями для дальнейшего развития. Во многих случаях новая система, способная сменить старую, возникает практически одновременно с ней. С точки зрения интересов общества переход к новой системе целесообразен уже в начале третьего этапа, что позволяет избежать напрасных затрат. Но отмирание старой системы — довольно длительный процесс. Достигая этапа стабилизации, система обладает огромной инерцией, ее совершенствованием занимаются сотни, тысячи людей, которые вовсе не в восторге от перспективы серьезной переквалификации. “Агония” системы затягивается за счет паразитирования ее на других системах, хищнического уничтожения окружающей среды. Типичным явлением на этом этапе является “гигантизм” — значительное увеличение размеров систем. Подобные попытки любыми путями “вытянуть” экономичность старой системы прекращаются, когда факторы расплаты становятся недопустимыми для общества, либо когда наступает предел дальнейшему росту параметров.

  1. Такое сплошь и рядом происходило в условиях затратной, безрасчетной экономики. Если не хватало энергии, то наращивали мощности вместо того, чтобы подумать о структурной перестройке и  выводе энергоемких предприятий ближе к источникам дешевой энергии. Известно, что обработка одной тонны хлопка требует на ткацких фабриках шести тонн пара. Поэтому в условиях дефицита энергетики в региональных центрах ткацкое производство лучше выводить ближе к электростанциям большой мощности, а не затаскивать новые ТЭЦ в эти региональные центры.
  2. В действительности полного “вымирания” системы, вытесняемой более прогрессивной, как правило, не происходит. Чаще всего, перестав быть основным средством выполнения данной функции и упростившись, система остается в качестве вспомогательного средства.
  3. Каждая из подсистем, входящих в сложную систему, рассматриваемая по отдельности, в своем развитии также проходит все три этапа.
  4. Определение этапа развития конкретной системы позволяет определить задачи по совершенствованию системы на разных этапах.
  5. Так, на первом этапе необходимо выбрать основное направление развития системы из ряда возможных; отработать ее состав, выбрать для нее наиболее перспективные элементы, работать над снижением факторов расплаты, ускорять переход ко второму этапу.
  6. На втором этапе необходимо определить границы возможного быстрого роста системы, выявить возможные противоречия и подсистемы, которые раньше других могут исчерпать резервы своего развития.
  7. На третьем этапе нужно определить границы существования системы, выявить и заменить подсистемы, исчерпавшие возможности своего развития, искать альтернативную систему, способную заменить существующую.
  8. Начала и концы этапов связаны самыми серьезными переменами в системе и сообществе и требуют наибольшего внимания при управлении, чреваты трудно поправимыми ошибками. Причиной большинства ошибок в развитии является незнание и непонимание законов развития. Эффективный путь борьбы с неудачами — предварительное изучение всех основных возможных ошибок.
  9. Чтобы все не выглядело слишком мрачно, напомним , что речь может идти об умирании города одной техннологической формации и зарождении на том же месте города новой технологической технологической формации, с тем же именем.

Что касается влияния внешней среды, то примеров реального угасания городов сколько угодно. Например, когда Петр Великий «прорубил окно» в Европу в Финском заливе и роль Архангельска как международного порта России упала, так практически сразу число городов, по северной Двине, Сухоне и Вычегде упало до 125 или около этого.

Два рождения города

Приведем несколько обширных цитат из работ московского архитектора – градостроителя Гутнова [ ]. Они  отличаются в деталях от вышеизложенного, но все-таки  могут рассматриваться как доводы в пользу закона этапного развития:

“Два рождения города. Всякий большой город рождается дважды.

Первый раз — как пешеходное поселение, укрепленный лагерь, центр обмена, лежащий на перекрестке водных и сухопутных дорог, — условно-исторический город.
Второй раз — как промышленный центр обширного района, узел разветвленной сети железнодорожных и шоссейных магистралей — условно-современный город.
Природные условия, топография местности определяют размещение и первичный план города. Среди природных факторов важнейший для исторического города — река. (Во всяком случае, для городов, возникших на холмистой равнине средней России.)

Хорошо защищенный возвышенный берег в излучине реки, холмистый треугольник между рекой и ее притоком чаще всего служат первой строительной площадкой — начальной точкой развития города. Водоразделы, брустверы крутых склонов берега, низины и русла мелких притоков формируют уличную сеть.
Разрастаясь на равнине, город стремится сохранить компактную форму — это дает наименьший периметр наружных стен и кратчайшие внутренние связи.
Притоки и излучины рек образуют естественные преграды для территориального роста. Всякий раз, преодолевая такую преграду — переходя на противоположный берег реки или притока, исторический город вступает в новую фазу существования, которая находит отражение в его планировке. таким образом, русла рек и ручьев (даже если они со временем исчезают с поверхности) фиксируют, подобно кольцам на срезе дерева, начальные этапы эволюции города в структуре его плана. Эта историческая обусловленная асимметрия первичного плана во многом предопределяет специфическую уникальность пространственно-планировочного построения города, неповторимое своеобразие его облика. ( Об этом подробнее см.[ Кудрявцева Т.Н., Кудрявцев М.П. Опыт проведения предпроектных исследований исторически ценных городов. М., 1974; Костритин Н.Д. Реконструкция (учебно-методическое пособие МАрхИ). М., 1976.])

Столетиями города росли, развивались, возвышались и приходили в упадок, но оставались в принципе тем, чем были раньше, — компактными, соразмерными человеку поселениями, т.е. сохраняли то качество, которое условно обозначено понятием “исторический город”. Новое качество проявляется в том, что город утрачивает эти свойства.
Второе рождение города подготавливается постепенным увеличением его размеров и сосредоточением в нем функций промышленного производства. Транспорт становится насущной необходимостью — без него не могут быть реализованы важнейшие функциональные связи внутри разросшегося города. Развитие транспорта в свою очередь стимулирует захват городом новых территорий. Протяженность и неоднородность этих территорий (тут и населенные пункты, и сельские угодья, и естественные ландшафты) делают город аморфным, расчлененным и неудобным для жизни.

Настает момент, когда требуется решительное переосмысление всей структуры городского плана. Город должен получить новую форму, найти органическое соответствие своему изменившемуся содержанию, для которого непригодна старая оболочка, — одним словом, родиться заново.
Процесс перерождения исторического города в современный начался еще в XIX веке и продолжается до сих пор. Медленно, ценой многих проб и ошибок современный город обретает себя как элемент интегрированной системы расселения и как особый тип пространственного окружения.
Перестройка планировочной организации не поспевает за убыстрившимся развитием городской жизни. Из года в год разрабатываются планы реконструкции, с помощью которых градостроители пытаются избежать вперед, чтобы дать городу так недостающие ему десятилетия передышки.
Этого нельзя добиться, не осмыслив естественный ход территориально-пространственного развития современного города, не поняв, на какой объективной основе, по какому закону формируется новая, вторичная структура городского плана, включающего историческую часть как одну из составляющих.
Итак, поставлен вопрос: какой пространственный фактор предопределяет динамику построения плана современного города, подобно тому как реки предопределяли структуру первичного плана исторического города?

Предлагается ответ: трассы железных дорог, проходящие по территории города.
Это предположение может удивить. Во-первых, житель большого города склонен воспринимать участки, связанные с железной дорогой, как окраинные, пользующиеся дурной репутацией, а общем — второстепенные; такое отношение распространяется даже на привокзальные площади. Однако заброшенность придорожных территорий не их органический порок. Это скорее результат хронического невнимания к ним со стороны градостроителей и городских властей (как и ко многому из того, что не укладывается в традиционную структуру исторического плана).

Железная дорога

Во-вторых, часто говорится, что железная дорога не транспорт будущего и, следовательно, нельзя придавать ей слишком большое значение при обсуждении перспектив развития города. Это возражение также неосновательно, так как структуроформирующая роль железной дороги в городе отнюдь не исчерпывается ее транспортно-коммуникационной функцией. Если отказаться от предупреждений, можно найти немало свидетельств в пользу сделанного предположения.

Железная дорога — главная внешняя коммуникация города и, по-видимому, еще долго не утратит этой роли. Территориальный рост города, развитие района расселения осуществляются наиболее интенсивно вдоль железнодорожных направлений, которые определяют тем самым рассредоточенную, пальцеобразную конфигурацию современного городского плана. Как основное средство грузовых перевозок железная дорога с самого начала жестко обусловила размещение городской индустрии. Промышленный пояс любого крупного города отчетливо воспроизводит характерные контуры железнодорожной сети. Задав таким образом направления главных трудовых тяготений, железная дорога повлияла не только на внешние очертания, но и на внутреннюю организацию современного городского плана.

По мере разрастания города железная дорога все больше берет на себя функции внутригородского транспорта. Ее остановки и пересадочные узлы становятся средоточением активности не только для всевозрастающего контингента “пригородников”, но и для жителей самого города. Тем самым они оказывают воздействие на размещение и пространственную организацию не только мест приложения труда и обслуживания, но и селитебных территорий.

Технические параметры железной дороги требуют минимальных уклонов и больших радиусов поворота пути. Соображения экономии заставляют вести дорогу в обход естественных препятствий, требующих строительства мостов, тоннелей и других дорогостоящих инженерных сооружений, а в тех случаях, когда это невозможно, пересекать их по кратчайшей территории. Поэтому железные дороги по необходимости вписываются в рельеф местности или по крайней мере подчеркивают его главные особенности. Подобно рекам, они выбирают кратчайший путь, который позволяет им ситуация, ив конечном счете обозначают воздействие всей совокупности естественных условий на формирование плана, но уже в масштабе обширных территорий, охваченных развитием современного города.

Пролегая по телу города, железные дороги отчуждают технические зоны — полосы отвода. Эти свободные от застройки коридоры, пересекающие сплошь освоенную городскую территорию из конца в конец, становятся единственным в своем роде резервом для прокладки новых линий внеуличных коммуникаций (по генеральному плану Москвы скоростные автомобильные магистрали (хорды) почти на всем протяжении в черте города трассированы в полосах отвода железных дорог), формирования новых, пока неизвестных нам пространственных систем. Так на месте ставших ненужными крепостных стен возникает со временем кольцо бульваров или распределительная транспортная магистраль. В этом отношении значение железных дорог для современного города никак не сводится на нет по мере уменьшения или даже полного уничтожения ее транспортных функций.

Итак, трассы железных дорог, проходящие по территории города, аккумулируют в себе основные предпосылки формирования современного городского плана — внешний территориальный рост и важные внутренние взаимосвязи, естественные условия местности и потенциальные пространственные резервы обновления.

Как реки, служившие отражением и квинтэссенцией природной ситуации в эпоху первого рождения города, железные дороги становятся наиболее характерным выражением ситуации, в которой совершается второе рождение города. Эта вторая, уже не вполне естественная, но стихийно складывающаяся “природа”, где промышленные зоны образуют “поймы” железнодорожных “рек”, а жилые территории играют роль “холмов”, по “гребням” и “брустверам” которых ложатся проспекты и главные улицы, так же важна для правильного понимания логики построения и перспектив развития современного города, как первая, настоящая природа для анализа его исторического ядра.

Мало, однако, выявить объективную роль железной дороги в естественном процессе городского развития. Нужно сделать из этого факта конструктивные выводы в отношении методов и практики реконструкции города. Железнодорожные коридоры должны быть сознательно положены в основу градостроительного плана, составить главный хребет новой планировки, организующей обширные территории, давно вышедшие из-под контроля первичной, исторической структуры. Это придаст исключительно градостроительное значение некоторым участкам, которые традиционно рассматривались как второстепенные, потребует сместить привычные архитектурные акценты, переориентировать размещение ответственных градостроительных объектов с учетом возросшего престижа территорий, прилегающих к руслам и остановочным пунктам железной дороги.

Активное освоение транспортных коридоров, концентрация вблизи них центрообразующих функций могут существенно повлиять на привычный для нас архитектурный облик большого города, как бы “вывернуть его наизнанку”. На месте провалов, незаполненных пустот, разрезающих городскую застройку на отдельные, плохо связанные в функциональном и пространственном отношении части, формируется система высокоурбанизированных пространств, объединяющих эти разрозненные элементы в новое композиционное целое. Многоярусные, хребтовые структуры, седлающие главные транспортные русла города, могут служить одним из наиболее правдоподобных и доступных нашему воображению символов городских центров будущего.

В этом отношении историческая параллель с рекой кажется особенно уместной. Являясь внешней коммуникацией исторического города, река долгое время играла роль пространственного “разделителя” городской среды. Постепенно город осваивает реку, включает ее в свою структуру. Мосты надежно связывают ее благоустроенные берега, которые превращаются со временем в парадные городские магистрали. В конце концов река с ее набережными приобретает качество внутригородской коммуникации и становится одним из наиболее значимых и своеобразных компонентов объемно-пространственной композиции города.

То же диалектическое превращение ожидает, по-видимому, и железную дорогу: как наиболее специфический фактор внешней ситуации она изначально определяет структуру городского плана, а обусловленное этим планом пространство города постепенно “завоевывает” и включает ее в себя.»
Продолжим анализ применимости законов развития технических систем.

Закон противоречий в развитии систем.

  1. В развитии систем происходит чередование этапов количественного роста и качественных скачков. В процессе количественного роста в результате неравномерного развития характеристик системы появляются противоречия.
  2. Противоречие — проявление несоответствия между разными требованиями, предъявляемыми человеком к системе, и ограничениями, налагаемыми на нее законами природы, социальными, юридическими и экономическими законами, уровнем развития науки и техники, конкретными условиями применения и т.п. Уяснение противоречия развития территории необходимый этап принятия управленческого решения.
  3. На начальных этапах развития, когда требования относительно невысоки, а система обладает большими ресурсами, такие противоречия решаются путем компромисса — отыскиваются варианты, обеспечивающие приемлемые значения обеих конкурирующих характеристик. Но количественный рост продолжается, происходит накопление и обострение противоречий. Эти противоречия разрешаются (снимаются) в результате качественных скачков — создания принципиально новых решений.
  4. Существует несколько видов противоречий:

Административное противоречие — между требованием (человека, надсистемы, законов развития и т.п.) к системе и запретом (со стороны человека, надсистемы, законов природы и т.п.).
Ситуация, когда попытки улучшить что-то в системе приводят к ухудшению чего-то другого в системе, называется техническим противоречием. Например, если существует прямая зависимость между полезными функциями системы и факторами расплаты, т.е. рост факторов расплаты с ростом (повышением качества выполнения) полезных функций, или если существует обратная зависимость между различными полезными функциями, т.е. уменьшение (ухудшение качества выполнения) одной из полезных функций при увеличении (повышении качества выполнения) другой.
Первый случай можно проиллюстрировать примером ухудшения среды при развитии производства, вывод которого за пределы территории скажется на снижении занятости и доходов населения. Второму случаю соответствует ситуация распределения ограниченных бюджетных средств по различным программам  и проектам развития территории.

      • Сегодня существуют обобщенные приемы разрешения противоречий — в пространстве, времени и т.п., используемые для разрешения всех типов противоречий.
      • Противоречие ограничивает возможность развития системы, требует качественно нового решения. Но нередко бывает и так, что противоречия как будто бы нет, а есть непреодолимый предел. Непреодолимые пределы возникают чаще всего от нашего одностороннего подхода к системе, и пока такой предел стоит перед человеком, задача действительно неразрешима. Поэтому нужно в первую очередь осознать предел как одну из сторон противоречия, найти его вторую сторону, сформулировать его и найти прием разрешения.

Закон увеличения степени идеальности систем.

      • Как уже было отмечено, развитие систем есть процесс повышения их степени идеальности. Из формулы –  Идеальность = (сумма полезных функций) / (сумма функций расплаты) следует, что повышение идеальности возможно как при опережающем росте числителя (увеличение количества и качества выполняемых полезных функций), так и при опережающем уменьшении знаменателя (снижение затрат, уменьшение числа вредных функций).
      • Например, какие бы методики для оценки экологического ущерба и производственных успехов мы не применяли, сравнение городов по степени продвижения их на пути к устойчивому развитию целесообразно проводить на основании измерения отношения параметра (обозначим его   через S), выражающего интегральный успех к параметру (D), выражающему интегральный ущерб.  Послав это отношение на максимум :
      • S/D -> max      (1.2.2.),
      •  мы  получаем возможность реализовать множество стратегий развития городов: от стратегии сохранения ущерба на прежнем уровне при максимизации успеха
      • D = const,     S -> max         (1.2.3.)
      • до  стратегии минимизации ущерба при сохранении успеха (производства, например) на том же уровне
      • D -> min, S = const    (1.2.4.)
      •  Отношение S/D позволяет каждому городу выбирать свою стратегию устойчивого развития, заключенную между двумя  вышеуказанными «чистыми» стратегиями, если мы при этом договоримся, что это отношение является главным критерием достижения цели устойчивого развития.
      • Таким образом, нам нужно найти наиболее простые для измерения и объективные характеристики экологического ущерба D и социально-экономического успеха — S, которые будут использованы для предлагаемого критерия.
      • Как правило, решая практические задачи совершенствования конкретных систем, приходится ориентироваться не на общую, а на локальную идеальность. Законы развития систем выявлены на основе анализа уже существующих технических систем. Тем не менее они могут иметь прогностическую силу, позволяя на их базе создавать наиболее простые частные системы с учетом человеческого фактора. Происходит это благодаря тому, что они получены сведением воедино прогрессивных тенденций развития разнообразных систем.
      • Требования разных законов нередко противоречат друг другу. Противоречия возникают и в тех случаях, когда на развитие системы накладывает ограничение надсистема, в которую она входит. При этом разрешить противоречия позволяет “люфт согласования” — нечувствительность надсистемы к некоторому несогласованию системы с ней. В зоне “люфта несогласования” система может развиваться по своим законам, но границы этого люфта устанавливаются надсистемой.
      • Масштаб последствий изменения системы на каком-либо уровне, как правило, сокращается по мере удаления этого уровня. Но иногда возможно резкое проявление этого изменения на более высоких ступенях иерархии. Появление последствий изменений на высоких уровнях обычно запланировано, поскольку изменения в системе или ее подсистемах происходят под влиянием претензий с этих уровней, но может быть и неожиданным, а то и вредным.
      • Законы развития систем являются объективными законами, но имеют статистический, вероятностный характер, как и все законы, связанные с развитием систем высокой сложности. Поэтому при попытке переноса этих законов на целенаправленные самоорганизующиеся системы, каковыми являются урбанизированные территории всегда можно отыскать примеры нарушения того или иного закона.