Может быть, г. Немировский хочет сказать …

Может быть, г. Немировский хочет сказать, что идеализм черпает свои данные исключительно из одних только фактов внутренней природы, а реализм из фактов внутренней и из фактов внешней природы? Но ведь это уже такая нелепость, которую не сказал бы и г. Зайцев, разделявший когда-то чувства на внешние и внутренние. Но всего этого еще мало. Допустим, что г. Немировский не понимает различия между тем научным направлением, которое называется идеализмом, и тем, которое называется реализмом.

Это еще беда невелика; беда же в том, что г. Немировский полагает, будто наш реализм и наш идеализм были научными направлениями, известными научными приемами. Это глубокое заблуждение ясно показывает, что автор совершенно не понимает тех явлений, о которых взялся трактовать. Между нашим идеализмом и реализмом никогда, не было спору о том, следует или не следует черпать свои выводы из одних фактов внутренней природы или из фактов внутренней и внешней природы; напротив, в этом отношении обе партии были совершенно согласны между собой: и та и другая одинаково допускали как внутренний, так и внешний опыт, не признавая, впрочем, как это делает г. Немировский, никакой существенной противоположности между этими двумя способами наблюдений. Одним словом, по отношению к научным приемам оба направления вполне подходят под то определение, которое дает г. Немировский реализму, и если мы будем понимать реализм именно в этом смысле, то мы должны будем назвать реалистами и г. Соловьева, и г. Эдельсона, и даже г. Хана.

Но дело в том, что различие между нашим идеализмом и реализмом заключается совсем не в известных научных приемах, а в известном отношении к общественным вопросам, к явлениям общественной жизни; и вот это-то отношение и обусловило в свою очередь их взгляды на различные вопросы из области науки и искусства, а совсем не то обстоятельство (как полагает г. Немировский), что одни черпали свои умозаключения из фактов внутренней и внешней природы, а другие только из фактов одной внутренней природы. В чем состояло это различие основных точек зрения наших идеалистов и реалистов, мы говорить здесь не будем, — мы хотим только сказать, что г. Немировский, отважно принявшийся примирять два враждующих лагеря, решительно не понимает, за что они воюют, для чего они воюют и какой смысл имеют слова, написанные на их знаменах. Вследствие такого коренного непонимания сущности дела г. Немировский совершенно неверно определяет исходную точку зрения так называемого реализма. Он объясняет происхождение нашего реализма таким образом: «Реализм, — говорит он, — в смысле научного направления, состоит в том, чтобы признавать истинным только то, что фактически верно; следуя такому направлению, наука будет лишена всего мечтательного, предвзятого, она будет практичнее, чем когда-либо, современнее, полезнее в своих результатах» (стр. 7). «Отсюда наши реалисты вывели, — продолжает г. Немировский, — что наука должна руководиться принципом пользы, что в ее область должно входить только то, что дает полезные результаты, ощутительную пользу». Мы не спорим, что действительно это самое говорили реалисты, но выводили-то они совсем не оттуда это положение, откуда вы заставляете их выводить его.

По-вашему выходит, что реализм наш возник из того обстоятельства, что несколько неразвитых юношей неверно поняли слова факт, наблюдение и практичность. О, если бы это было так, то едва ли кто-нибудь обратил бы на него серьезное внимание; если бы это было так, то едва ли бы он мог сделаться тем страшным пугалом, которое, как вы сами же выражаетесь, «грозило падением европейской цивилизации в умственном и нравственном отношениях, возвращением в первобытное состояние человека». Нет, в том-то и штука вся состояла, что реализм исходил из совершенно другой точки зрения и что эту точку зрения он последовательно прилагал ко всем вопросам жизни и науки.

Конечно, с точки зрения того реализма, о котором говорит г. Немировский, никак нельзя дойти до положения нашего реализма; конечно, из того, что «истинно только то, что фактически верно», нельзя вывести реалистического умозаключения, будто только непосредственно полезное для массы должно быть объектом современной науки; конечно, с точки зрения того реализма, который состоит «в полном и ясном понимании всего человека и человечества, всей деятельности, целей и стремлений человека и человечества» (стр. 17), нельзя дойти до отрицания искусства, до низведения истории на степень политической экономии (так как наши реалисты говорили, будто историей руководят одни только экономические принципы), до проповеди сурового аскетизма, ограничивающего все человеческие наслаждения хорошей сигарой, до издевательств над эстетикой, до отрицания заслуг великого поэта Пушкина, великого маркера Тюри, великого Моцарта, Бетховена, Рафаэля и проч. и проч. Да если бы действительно наш реализм дошел до всего этого, отправляясь от той точки, на которую его хочет поставить г. Немировский, то он поступил бы крайне непоследовательно и опрометчиво.

Комментирование и размещение ссылок запрещено.

Комментарии закрыты.