Я называю эту группировку вредной, потому …

Я называю эту группировку вредной, потому что она чисто механическая. Механическое же расчленение целостного организма науки уничтожает науку, превращая ее в простой агрегат ничем не связанных между собой знаний; механическое расчленение науки приучает человека абстрагировать в своем уме такие вещи, которые не должны быть рассматриваемы абстрактно; заставляет его забывать связь, существующую между различными сторонами общественной жизни и практической деятельности. Г. П-ов вопрос о критерии обошел молчанием, потому, нам кажется, что составленная им схема, — хотя и выработана с большим умением, талантом и знанием, — вещь совершенно бесполезная и что время, потраченное на нее, потрачено совершенно задаром […]

Карус

СРАВНИТЕЛЬНАЯ ПСИХОЛОГИЯ, ИЛИ ИСТОРИЯ РАЗВИТИЯ ДУШИ НА СТУПЕНЯХ ЖИВОТНОГО МИРА

Пер. с немец. А. Смирнов. Изд. Шамова.

Москва, 1867 г.

Дрэпер ФИЗИОЛОГИЯ ЧЕЛОВЕКА, СТАТИЧЕСКАЯ И ДИНАМИЧЕСКАЯ

Пер. с седьмого англ. изд. под ред. д-ра Дедюлина и проф. Сорокина. Изд. Луканина и К°. Спб., 1867 г.

Указывая читателю на книгу Фребеля, мы не можем скрыть от него, что перевод этой книги сделан отменно дурно, в чем он, вероятно, уже и сам убедился, прочтя вышеприведенные выписки. Таким же отменно плохим переводом отличается и другое издание г. Шамова — «Сравнительная психология, или История развития души на различных ступенях животного мира» соч. Каруса.

По мнению Льюиса, уже с Фихте становится несомненным переход философии от онтологии к психологии. В этом случае новая философия повторила цикл развития философии древнегреческой. Как там догматическая космология ионийской, пифагорейской, элеатской и других школ разрешилась в учениях софистов, сделавших предметом своих исследований не объективную природу внешнего мира, а субъективную природу человека, так точно и здесь грандиозные космологические системы Декарта, Спинозы, Лейбница и других разрешились трудами философов XVIII столетия, постановивших себе задачей исследования человека и его познавательных способностей. Это психологическое направление философии можно считать, до некоторой степени, весьма утешительным. Утешительно оно в том отношении, что волей-неволей заставляет философов изменить свой прежний бесплодный метод исследования. Вместо прежнего априористического фантазирования является метод наблюдения и анализа, без которого немыслимы  никакие       психологические

исследования. Первоначально эти наблюдения имели чисто субъективный характер и потому были произвольны и, как все произвольное, не чужды некоторой фантастичности. Вследствие этого сама психология носила на себе сильный отпечаток догматической метафизики. Однако от чистого субъективизма был только один шаг к объективизму; от наблюдений над психологическим миром животных, а отсюда от произвольного субъективного метода старых психологов к тому более плодотворному методу, который выработали естественные науки, переход был весьма естествен и логичен.

Этому переходу до некоторой степени способствовал   немецкий   психолог, естествоиспытатель и отчасти метафизик Карус своей «Сравнительной физиологией». Карус — отчаяннейший схематик и по общему настроению своих мыслей неисправимый метафизик. По его мнению, всякая психологическая жизнь в ее постепенном ходе от просто бессознательного состояния к сознательному чувствованию и потом от познания мира до познания себя самого постоянно должна идти вперед в большом круге живого мира двояким образом: во-первых, в одном и том же организме от крайнего бессознательного состояния до высшего самосознания (в человеке), а во-вторых, в бесконечно различных организмах, где она начинается всегда бессознательно, но потом различным образом заканчивается, не доходя, однако, никогда до полного сознания самого себя («В царстве животных», стр. 6, 7).

Признавая, таким образом, постепенность развития души в человеке и постепенность развития души во всем животном царстве вообще, Карус, естественно, должен был прийти к мысли о «Сравнительной психологии» — о психологии животных, основанной на наблюдениях над их психической жизнью. Следовательно, абстрактная, метафизическая точка зрения привела Каруса на то самое поле исследований, где в настоящее время с таким блистательным успехом подвизаются Альфред Брем, Вуд и другие исследователи жизни животных. Факт этот весьма замечателен и может служить как бы знамением научного направления нашего века. Метафизика ищет опоры в естествознании; метафизика начинает сознавать свое бессилие в сфере абстракций и спешить заручиться такими гипотезами, которые вывели бы их из душной области схоластики в светлую и широкую область опыта, естествознания.

Комментирование и размещение ссылок запрещено.

Комментарии закрыты.