Таким образом, урок истории как будто говорит …

Таким образом, урок истории как будто говорит людям: люди, если вы недовольны бесплодностью своей науки и грубым эгоизмом своей нравственности, если вы страдаете под гнетом разных предрассудков, общественных и религиозных, обратитесь к своим экономическим отношениям, измените их, и все остальное изменится само собой.

V

Торговый и промышленный интерес, подкопав учение католичества о проценте, разрушив доктрину его непогрешимости и его основной принцип самоотречения, нанес ему в то же время и с другой стороны удар весьма чувствительный и решительный. Под его влиянием изменился характер общественных удовольствий, и это изменение, как мы сейчас увидим, имело роковые последствия для католической догмы.

Положение общественных удовольствий и отношение к ним церкви уже в самые первые века христианства имело важное значение. С одной стороны, жестокость, с которой преследовали их первые христиане, служила одной из главнейших причин гонений, воздвигнутых на них язычниками, гонений, так странно противоречивших с всегдашней терпимостью политеистической религии язычников. С другой стороны, когда христианство достигло гражданской власти, оно принялось еще с большим неистовством преследовать театр и цирк; в них оно видело остатки представителей язычества, и, зная, как сильно дорожит ими народ, и вспомнив претерпленные за них гонения, оно ополчилось на них всей силой своего окрепшего могущества. Борьба, однако, была трудна: народ, который покорно и пассивно смотрел на разрушение своих капищ и алтарей, схватился за оружие, когда императорские солдаты стали разбирать его цирки и разгонять его актеров. Епископы посылали актерам страшные проклятия: актер лишался святого крещения, а в случае смерти — христианского погребения; христианин, осмелившийся явиться на подмостках народного театра, отлучался от церкви. Однако, несмотря на эти строгости, толпы зрителей ломились в театры, и театр пользовался большей популярностью в народе, нежели церковь. Не видя никакой возможности стереть его с лица земли, как стерло языческие капища, духовенство пустило в ход совершенно другую тактику, которая, по-видимому, увенчалась полным успехом. Оно начало мало-помалу соединять божественную службу с театральным представлением. Тогда-то возникли католические мистерии. Уже во втором веке еврей, по имени Эзекииль, написал мистерию «Моисей»,     пользовавшуюся       большой известностью у набожных людей. Второй попыткой в этом роде были «страсти» — мистерия, сочиненная или, правильнее, переделанная с греческого святым Григорием Нанзианзинским. Религиозные церемонии, в особенности церемонии при некоторых торжественных случаях, как, например, на рождестве, в святую неделю, в день св. Епифания, принимали все более и более драматический характер; монахи и монахини для разогнания монотонной скуки монастырской жизни начали тоже развлекаться театральными представлениями. Первый известный нам пример подобных представлений относится к X в. Настоятельница одного немецкого монастыря написала две или три драмы с духовным сюжетом, но, как говорят, сильно позаимствовавшись у Теренция, и монахини ее монастыря разыгрывали с большим наслаждением произведения своей игуменьи. Сюжет одной из этих драм был такого рода. Один отшельник увлек с собой по пути добродетели и самоистязания одну молоденькую и хорошенькую барышню. Барышня долго подвизалась с отшельником в добродетели и самоистязании, но, наконец, это занятие ей наскучило, она восстала против власти отшельника, презрела его советы и убежала в публичный дом. Монах, узнав об убежище своей непослушной сподвижницы, переоделся в солдата, проник в ее жилище, искусно обманул его обитателей и нашел случай увести свою питомицу.

Как видите, содержание не совсем-то целомудренное для монастыря и весьма бедное фантазией. В таком-то вкусе составлялись и другие мистерии; только в них нередко можно было видеть и бога, и дьявола, и святых, сведенных на театральные подмостки.

Бедность и дикая уродливость фантазии авторов мистерий долгое время препятствовали им с успехом конкурировать с римским цирком и греческой драмой. Но нашествие варваров и последовавшее затем огрубение нравов и понижение общего уровня образованности помогли делу католического духовенства. Римский театр потерял всю свою прежнюю привлекательность, и в конце XIII в. он уже не играет никакой роли среди общественных увеселений. Увеселения приняли более воинственный и более цинический характер. Неприличные танцы, сражения, убийства, драки и рядом грубые шутовства — вот постоянные темы с различными вариациями, разыгрывавшиеся на театральных подмостках. Театральные же подмостки после окончательной победы над римским театром перешли в монопольное обладание католического духовенства: католическое духовенство поспешило придать театру религиозный характер, думая, вероятно, таким способом безраздельно господствовать над чувством и умом людей. Но оно ошиблось в расчете.

Правда, пока театральные представления разыгрывались только в стенах монастырей и аббатств, они сохраняли до известной степени приличие и набожность, свойственные святому месту. Но ведь монастырь не мог претендовать на вечную монополию сценическими увеселениями.

Комментирование и размещение ссылок запрещено.

Комментарии закрыты.