О синергетическом подходе к построению современной онтологии — часть 8 — Приходится, однако, признать …

Приходится, однако, признать, что, как показывают и содержательные, но весьма методологически разнородные, сборники статей по проблемам синергетики[1], и многочисленные монографические исследования, до сих пор не сложилось единого понимания её проблемного поля, концептуального содержания и даже названия – не все её представители принимают предложенный Г.Хакеном термин – «синергетика»; по-разному трактуются и её корни: одни философы находят их в пантеизме (Л.А. Микешина), другие в богословском учении о «синергии», благо греческий корень тот же (А.В. Волошинов), третьи — в различных древневосточных философско-мифологических учениях, а четвертые — в научной мысли ХХ столетия и её методологическом осмыслении теорией систем и методологией системных исследований. Эта разноголосица не должна помешать заключению: более четверти века истории данной научной дисциплины показали, что, с одной стороны, она выявила некоторые общие законы организации, функционирования и развития сложных систем, независимо от того, каков их субстрат – физический, биологический, социальный, психологический, художественный, а с другой стороны, потребовала выяснить, чем действие этих законов в антропо-социо-культурных системах отличается от их действия в материальных системах природы, поскольку первые на один-два-три порядка сложнее последних. И дело тут не в «сложности» как таковой, и не в изменении ее степени, а в рождении нового качества, возникающего не путем пресловутого «закона перехода количества в качество», который действует лишь в пределах развития природных, наиболее простых типов систем – речь идет о таком «скачке», говоря термином традиционной диалектики, или «революции», говоря термином социальной философии и культурологии, или «взрыва», по терминологии Ю.М.Лотмана, который приводит к коренной реорганизации системы и порождении нового «порядка» в процессе разрушения старого. Приходится поэтому возразить авторитетному представителю «науки о сложном» К.Майнцеру, который, признавая человеческое общество и культуру более сложными системами, чем системы биологические, и тем более физические и химические, в силу сознательного и целенаправленного, «интенционального» поведения людей, присоединяется к трактовке этой проблемы одним из классиков позитивизма Г.Спенсером, считая эти различия чисто количественными, подобно отличиям «современного общества» от «аристотелева полиса или политической системы физиократов»[2]. Неудивительно, что он не испытывает потребности в понятии «сверхсложные системы», тогда как выявление качественных особенностей субстрата, функционирования и развития антропо-социо-культурных систем требует и терминологического обозначения их оличия от других классов систем. Ибо если природа по своей субстанциально гомогеннаматериальна (различия между физическим, химическим и биологическим уровнями ее бытия, важные в ряде других отношений, в данном случае несущественны, т.к. не выводят данные формы бытия за рамки сущностного их качества – материального субстрата), то сущность человека гетерогенна, поскольку он принадлежит и природе, и обществу, и культуре, противоречиво соединяя материальное свое бытие с духовным, природное с внеприродным, сверхприродным и, в известном смысле, антиприродным. Категорически не могу поэтому согласиться с В.Н.Сагатовским, который, ради преодоления, как ему казалось, былого узкого материализма, счел возможным признать и свободу, и субъектность, и духовность (!) общими свойствами природы, а не специфическими атрибутами человека[3]. И он отнюдь не одинок в таком направлении мысли, будто бы реанимация наивного пантеизма способна в ХХ1 в. разрешить противоречия между материализмом и идеализмом – в современной отечественной философии это стало своеобразным поветрием… Можно еще понять, что в ХУП в. физик В.Гильберт готов был разделить концепцию мироздания Гермеса, Зороастра и Орфея, признававших «универсальность души», т.е. «считавших весь мир одушевленным, и все небесные тела, все звезды и нашу чудесную Землю тоже…»[4], но трудно понять это в мировоззрении ученого в ХХ1 в.


[1] Синергетика и методы науки. СПб, 1998; Синергетика и социальное управление. – М., 1998; Синергетика и психология: Тексты. Вып. 1 – 2. – М., 1997–2000; Синергетика, философия, культура. – М., 2001; Синергетическая парадигма. Многообразие поисков и подходов. – М., 2000; Синергетическая парадигма. Нелинейное мышление в науке и искусстве. – М., 2002 и др.

[2] Mainzer K. Thinking in Complexity: The Complex Dinamics of Matter, Mind, and Mankind. B.- Heidelberg – N.-Y., 1994. Р. 266-269; о таком понимании уровней сложности свидетельствуют и схемы на с. 280 – 281.

[3] Сагатовскиий В.Н. Философия развивающейся гармонии (философские основы мировоззрения). Авторский курс. Часть 2. Онтология (Мир и Человек: укоренен ли Человек во Вселенной?). – СПб., 1999. С. 40, 44, 82 и др.

[4] Цит. по: Джан Р.Г. и Данн Б.Дж. Границы реальности: Роль сознания в физическом мире. – М., 1995. С. 25.

Комментирование и размещение ссылок запрещено.

Комментарии закрыты.