Субъектные позиции государства в обеспечении направленности общественного развития

Одна из важнейших проблем социальной синергетики — прояснение специфики субъекта, его участии в процессах самоорганизации и упорядоченности реальности. Сейчас становится ясно, что непосредственное соотнесение субъективности и объективных организационных процессов сохраняет между ними труднопроходимую дистанцию, поскольку субъективность не только не подобна вещественно объективным формам бытия, но постоянно выделяется из них как некий направляющий принцип. С этих позиций субъективность нельзя рассматривать как таковую в терминах хаоса и порядка и вообще какого-либо структурирования: она принципиально целостна, самодостаточна.

Однако существует способ опосредованного анализа и включения субъективности (субъекта) в закономерности синергетики, и в этом плане интересные возможности связаны с анализом государства как субъекта формирования общественного порядка и устойчивости на основе системной самоорганизации.

Государство – это особый посредник между субъектом и системой. С одной стороны, оно воплощает волю народа — субъекта, его стремление к упорядоченности и самоопределению, самоорганизации, т.е. является как бы формой выражения этой субъектной направленности; а с другой стороны -государство — это самостоятельная структура, в которой формируется своя упорядоченность на основе синергетических закономерностей: государство -это способ постоянного сохранение порядка и преодоления возможности хаоса и распада общества именно за счет своей субъектно направленной основы. Следовательно, государство открывает ряд свойств субъекта в оциально синергетическом процессе, которые связывают систему и субъективность (волю населения к порядку, целевые ориентиры и т.д.).

В классической синергетике и ее социальном варианте принципиальное значение имеет принцип неопределенности при переходе неравновесного хаоса к порядку, системе. При этом на основании многочисленных наблюдений и обобщений сделан закономерный вывод, что малейший перевес сил в момент неопределенности оказывается достаточным для «схватывания» хаоса и его оформления в устойчивую упорядоченную систему. Этот момент философски осмысливается и находит свое концептуальное выражение в соотношение понятий «повод» и «причина». Повод (случайность) – это элемент, благодаря которому причина становится завершенной, а потому становится определенной и направленность ее действий.

Но в социальных процессах субъект всегда выступает в функции причины. Поэтому поводом также выступает субъектное действие, в котором направленность данной субъектной причины полностью определяется. Тем самым, бесконечность субъекта конкретизируется для возможности осуществления собственной причинности, в которой субъект способен взаимодействовать с объективной ситуацией, ее структурами, формами и направленностью. Повод в социальных процессах имеет иную природу, чем случайность перевеса сил в материально-природных процессах самоорганизации. Главное здесь в том, что только субъектное пространство удостоверяет внутреннюю причастность повода к бытию субъекта как субстанции или причины изменения социальных процессов. Статус же случайности в самоорганизации природных процессов не определен по отношению к хаосу, а потому и случайной оказывается и сама возникающая на этой основе система. В этом отношении, несмотря на принцип необратимости, природа имеет свою историю в принципе иную, чем история общества. Различие здесь – в существовании целей, т.е. явной детерминации настоящего из будущего, в которой выражена субъектная причинность. Именно это обеспечивает такую связь и преемственность в истории общества (связь идейную, ценностную, информационную), которая принципиально меняет смысл хаоса в изменении общественных систем в историческом развитии. Здесь хаос ни в коей мере не означает утрату структурных уровней бытия общества, а выражает лишь переход одной совокупности систем регулирования на другую при сохранении идентичности самой субъектной основы.

Если все эти особенности включить в анализ функционирования государства как основы и причины регулирования общества через выбор наиболее перспективных форм его самоорганизации и развития, то открывается некий новый уровень взаимодействия субъектного и объектного как условий осуществления синергетического процесса. Государство — после своего исторического возникновения — никогда не исчезало как внутренняя регулятивная функция общества, несмотря на изменение его форм существования. Тем самым оно, во-первых, обнаруживало свою субъектную основу, а во-вторых, необходимость «опредмечивания» данной основы в конкретном структурно организованном порядке, обеспечивающем устойчивость и жизнеспособность самого общества. Следовательно, государство как субъект в социально-историче­ском процессе трансформирует этап хаоса в сквозную самоидентичность, или константность общества в его историческом самоизменении.

Поэтому выбор новой системы организации общества ни в коей мере не является случайным по аналогии с более низкими уровнями природной самоорганизации. Однако здесь не снимается механизм действия повода как проявления общего в единичном. Это требует методологического осмысления не только в философии и социологии, социальной синергетике, но и в первую очередь в политологии, так как лишь определенные события могут стать основанием для трансформации или сохранения государства в процессе общественного развития. Главным здесь является внутреннее тождество повода и причины: повод должен не только выражать емкость и насыщенность причины в конкретно воспринимаемых формах организованного действия, символов и текстов, но также содержать энергетику воздействия, адекватную самой причине. Поэтому любые случайные или субъективные действия, направленные либо на осуществление реформы, либо на изменение формы государственного управления, обязательно порождают неадекватный данному субъекту (обществу, народу, населению) системно выраженный порядок.

Эта неадекватность в первую очередь проявляется в том, что данный порядок, выраженный в средствах регулирования, в действительности не может организовать устойчивость жизни данного общества через процесс развития. Защищая себя, свой уровень, система управления, возникшая на основе общесинергетической случайности (но не на базе социально субъектного повода) с неизбежностью тормозит множество звеньев общественной системы, внося в нее дезорганизацию и хаос. Поэтому корректировка общественного развития, которая осуществляется через различные реформы, требует включения в нее анализа взаимосвязи содержательности повода, ставшего основой формирования государства-субъекта, и самого государства с позиций эффективности и полноты его способности решать насущные проблемы развивающегося общества.

В современной Российской Федерации этот вопрос остается до сих пор методологически не проработанным. Однако в общественном мнении и научной литературе уже утвердилась позиция о необходимости расширения полномочий государства из-за постоянно нерешаемых проблем социального, бюджетного, экономического, экологического и других направлений. Либерально-монета­ристский подход к самоорганизации общества на рыночной основе при минимальном вмешательстве государства моделирует закономерности в большей степени общей, чем социальной синергетики. Именно при этом подходе решающем для формирования общественной системы оказывается деятельность той или иной личности в момент бифуркационного разлома. Именно личность, либо какая-нибудь политическая или другая организация с корпоративными интересами становится воплощением как причины, так и повода, но при этом в формировании государства также сохраняется момент частичности, или случайности, поскольку государственная форма теряет свою опосредованность обществом как целостным социальным субъектом.

Таким, собственно, и стал тот первый опыт социального реформирования, основу которого составили принципы монетаристского подхода. Сейчас становится ясно, что ошибка концептуального характера -теоретическая и методологическая непроработанность социально реформистского процесса глубочайшего уровня оказалась весьма существенной по своим последствиям для дальнейшего развития нашего общества. Стало понятно, что государство может быть эффективным не только через свое внутренне сокращение персонала или пересмотр своих функций, методов управления, политики или стратегии, но и через сохранение своей субъектной инвариантности субъектности самого общества. Поэтому основой современного государственного регулирования должны становиться рекомендации или разработки тех направлений в общественных науках, в которых будут созданы модели взаимодействия общества и государства через их общую субъектную основу.

Сегодня наблюдается постепенное освобождение общественных наук от позиции абстрактного академизма и все большее осознание их представителями своей миссии и гражданской обязанности участвовать в решении наиболее важных общественных проблем. Поэтому наряду с информационно-технологиче­ским, организационным, культурным, управленческим ресурсом открывается весьма обширное пространство социально-субъектной детерминации, выраженной, в том числе, и государством, прояснение оснований которого способно обеспечить устойчивость и перспективы нашего современного общества.

Комментирование и размещение ссылок запрещено.

Комментарии закрыты.