Фуко определяет паноптикум как чистую функцию

В целом, это обеспечивает принцип подземной тюрьмы, но из ее функций — ограничить, лишить света и спрятать она сохраняет только первую и исключает две другие. Полноценное освещение и глазок наблюдателя позволяет видеть лучше в темноте. Видимость — это мышеловка.

Это обеспечило отрицательный эффект избегания этих компактных, кричащих толп, которые можно было обнаружить в местах заточения, тех, про которые писал Гойя, или описанных Говардом. Каждый человек, в свою очередь, безопасно помещен в камеру, в которой он виден спереди наблюдателю, но боковые стены не позволяют ему войти в контакт со своими товарищами. Он виден, но сам не может видеть: он является объектом информации, но никогда субъектом коммуникации.

Устройство его комнаты напротив центральной башни позволяет его видеть по оси, но отдельные кольца — эти отдельные камеры -предусматривают невидимость со стороны. И эта невидимость — гармония порядка.

Если помещенные — преступники — нет опасности заговора, попытки коллективного побега, планирования новых преступлений на будущее, плохого взаимного влияния».

Фуко определяет паноптикум как чистую функцию принуждать или диктовать условия различным индивидам. Это способ наблюдения, невидимый для того, зa кем наблюдают. Именно такова власть. Исходя из описания паноптикума И. Бентама, Фуко делает следующие выводы: »Паноптикум должен быть понят как общая модель функционирования: способ определения: отношений власти, что касается повседневной жизни человека. Нет сомнения, Бентам представляет это как особое учреждение закрытого типа. Утопии,  в совершенстве зацикленные сами на себе, широко распространены. В качестве альтернативы разрушенным тюрьмам, нашпигованным механизмами пыток, что можно увидеть на гравюрах Пиранези, паноптикум представляет собой жестокую, изощренную клетку, Тот факт, что он даже в наше время послужил основой для многочисленных вариаций, в проекте или реализованных, является доказательством того, какую вообразимую интенсивность он имел в течение почти двухсот лет.

Но паноптикум не должен восприниматься как здание — мечта: эта диаграмма механизма власти, сокращенного до идеальной формы его функционирования, в отрыве от каких-либо препятствий, сопротивления  или  фрикции,  должен  быть представлен  как чисто архитектурная и оптическая система. Это — в действительности, предмет политической технологии, которая может и должна быть определена для какого-либо специфического использования.

Комментирование и размещение ссылок запрещено.

Комментарии закрыты.