Средневековье

В философии средних веков нет чётко выраженной единой линии в понимании проблемы всеобщего и проблемы человека. В рамках философии Средневековья велись активные споры по поводу лрироды Логоса, роли бога в человеческом бытии, степени божественного предопределения, возможностей познания и других, важных в отношении нашего исследования, проблем. Рассмотрение различий в позициях по ним среди средневековых философов для нашего исследования является малоценным. Однако в связи со значительной зависимостью философии этого периода от церкви, её догматов, священного писания, в ней существуют господствующие мировоззренческие тенденции, на которые наше исследование и будет опираться.

Под этим углом зрения для философии средних веков, фактически, характерна абсолютизация всеобщего, отрыв его от единичного, от конкретных процессов действительного мира. Всеобщее здесь связано с понятием бога, который рассматривался как первопричина и всеобщая основа порядка и закономерности в мире. При этом сам бог понимается как нечто существующее извне сотворенного им мира, вне пространства и времени объективной действительности1, но присущий ему Логос, иногда понимаемый в смысле близком гераклитовскому, и есть то всеобщее, что лежит в основе всех процессов мира. Таким образом, Единый Бог осуществляет свою деятельность, своё правление над миром посредством Божественного Логоса, собственного Слова. Видимо этим обусловлено появление таких двух течений в религиозной философии как апофатизма и катофатизма. Как известно, первый сводил определения бога к негативным характеристикам, связанных с тем, что для объективного мира Бог-Отец предстаёт как ничто, а второй определял  бога  позитивно,  как  всё существующее,  всё  пронизывающее, обладающее предельной полнотой.

1 См.: Гарцев М.А. Западноевропейская философия //Человек. Мыслители прошлого и настоящего о его жизни, смерти и бессмертии. М., 1991. С. 167.

В тоже время, Бог-Отец несёт в себе всеобщее в его человеческом, преимущественно этическом содержании, что обуславливает несовершенство человеческой природы, её несамодостаточность, устремлённость человека к богу, направленность человеческой жизни на потусторонний мир.

Человек понимается как созданный по «образу и подобию божьему» и представляет собой соединение души и тела. Несмотря на то, что в каждом человеке присутствует «искра божья», фактически всеобщее в нём не было выражено в достаточно полном виде, так как эта «искра» принадлежала скорей существу по ту сторону мира, чем наделённому всеобщим Логосу. К тому же человек был причастен к божественной сущности лишь своей душой, а его тело представлялось как «темница души» и связывалось с греховной, конечной природой человека, которую он должен преодолевать в стремлении к божественному, бесконечному1.

Таким образом, ценность и смысл жизни человека переносились в нечто потустороннее, выводились за рамки существующего мира. Целью жизни человека являлось бесконечное духовное совершенствование, понимаемое как абстрактное восхождение к богу посредством любви к нему, которое должно было привести к достижению божественной благодати. Путь к этому лежал через самопожертвование, отречение от индивидуальных интересов (преимущественно их чувственной, материальной составляющей), ради выполнения воли божьей, связанной с абстрактно понимаемой духовностью. Тем самым единство сущностных сил человека расщеплялось, а сами они оказывались служащими скорей не человеку, а неким абстрактным целям. Всеобщее, связываемое с божественной сущностью, таким образом, ‘ становилось той силой, что довлеет над человеком, подрывает его уверенность в себе, подчиняет заключённым в нём целям, превращает величие человека во всемогущество бога1.

См.: Гарцев М.А. указ соч. С. 170-174.

Комментирование и размещение ссылок запрещено.

Комментарии закрыты.