Более впечатляющим по своим вытекающим из этого …

Более впечатляющим по своим вытекающим из этого послед­ствиям становится это отношение зависимости природы от по­нятия, противоположение разуму в обеих системах общности людей.

Это общество представляется как общество разумных су­ществ, которое вынуждено идти; окольным путем господства по­нятия (Begriffs-Herrschaft). Каждое разумное существо двойст­венно для другого: а) свободное, разумное существо, б) измен­чивая материя, способная к тому, чтобы с ней обращались как с вещью[1]. Это разделение абсолютно, и так как оно было од­нажды положено в основу в своей неестественности, то ника­кое чистое отношение друг к другу невозможно, в котором пред­ставлялось бы и было бы познано их первоначальное тожде­ство; напротив, каждое отношение есть господство и подчинение по законам последовательного рассудка. Все здание общности живых существ построено рефлексией.

Общность разумных существ представляется как обуслов­ленное необходимым ограничением свободы, которая сама себе дает закон своего ограничения[2], а понятие ограничения консти­туирует царство свободы, в котором каждое истинно свободное, для самого себя бесконечное и неограниченное, т. е. прекрасное взаимоотношение жизни, уничтожается тем, что живое разры­вается на понятие и материю и природа попадает в зависи­мость (Botmäßigkeit).

Свобода — черта разумности; она есть в себе снимающая всякое ограничение и вершина Фихтевой системы. Но в общнос­ти с другими от нее необходимо отказаться, чтобы стала воз­можной свобода каждого разумного существа, состоящего в об­щности; общность вновь становится условием свободы; свобода должна снять себя, чтобы быть свободой. Отсюда вновь ясно вытекает, что свобода здесь является просто негативной, а имен­но абсолютной неопределенностью или, как было выше пока­зано, самого себя полаганием, чисто идеальным фактором, сво­бода с точки зрения рефлексии. Эта свобода оказывается не разумом, а разумным существом, т. е. синтезированной со своей противоположностью, с конечным. И уже этот синтез персо- нальности содержит в себе ограниченность одного из идеаль­ных факторов, которым здесь выступает свобода. Разум и сво­бода как разумные сущности суть больше не разум и свобода, а отдельное. Общность личности с другими должна рассматри­ваться поэтому существенно не как ограничение истинной свободы индивидуума, а как ее расширение. Самая высшая общ­ность есть высшая свобода как власти, так и ее исполнения,— но именно в этой высшей общности как раз свобода как иде­альный фактор и разум как противоположность природы со­вершенно отпадают.


[1] Fichte. Naturrecht. S. 86 f.

[2] Ebenda. S. 92 f.

Комментирование и размещение ссылок запрещено.

Комментарии закрыты.