ПОСТУЛАТЫ РАЗУМА

Синтез двух положенных рефлексией противоположностей потребовал в качестве дела рефлексии его совершенствования — антиномии, которая снимает себя, ее наличия в созерцании. Так как спекулятивное знание должно быть понято как тож­дество рефлексии и созерцания, то можно постольку, посколь­ку та часть рефлексии, которая, будучи разумной, антиномична, единственно положена, но находится в необходимом отноше­нии с созерцанием, в данном случае сказать о созерцании, что оно постулируется рефлексией. О постулировании идей речи быть не может, ибо они суть продукты разума или, точнее, разумное, положенное в качестве продукта рассудком. Разум­ное по своему определенному содержанию, а именно из про­тиворечия определенных противоположностей, синтез которых образует разумное, должно быть дедуцировано; только созер­цание, исполненное антиномичности и удерживающее это анти- номичное, постулируется. Подобная обычно постулируемая идея есть бесконечный прогресс, смешение эмпирического и разум­ного; первое есть созерцание времени, второе — снятие всякого времени, его обесконечивание (Verunendlichung). Но в эмпириче­ском прогрессе она [идея] увековечивается не чистым образом, так как она существует в нем как конечное, как ограниченные моменты; он [прогресс] есть эмпирическая бесконечность. Истинная антиномия, которая полагает оба, ограниченное и безграничное, не рядом друг с другом, а вместе с тем и как идентичное, должна одновременно снять эту противоположность. Антиномия, постулирующая определенное созерцание времени, должна быть одновременно обоими [моментами] — ограничен­ным настоящим моментом и безграничносыо своей внесебя- положенности,— следовательно, вечностью.

В такой же степени нельзя требовать созерцания как чего- то противопоставленного идее, или лучше необходимой анти­номии. Созерцание, противопоставленное идее, есть ограничен­ное наличное бытие именно потому, что оно исключает идею. Созерцание есть постулируемое разумом, но не в качестве ограниченного, а как восполняющее односторонность проде­ланного рефлексией не для того, чтобы они оставались про­тивоположным друг другу, а для того, чтобы они были един­ством. В целом можно видеть, что весь этот способ постули­рования имеет свое основание единственно в том, что исходным пунктом является односторонность рефлексии. Эта односто­ронность рефлексии нуждается для восполнения своей ущерб­ности. Сущность разума получает, однако, с этой точки зрения неистинный статус, ибо он предстает здесь не как нечто, удов­летворяющее самому себе, а как нечто ущербное (als ein Bedürf­tiges). Если же разум знает себя как абсолютное, то философия начинает с того, чем заканчивает вышеуказанная манера, ис­ходящая из рефлексии, а именно с тождества идеи и бытия. Она не постулирует одного, ибо вместе с абсолютностью она непосредственно полагает оба [момента], и абсолютность ра­зума есть не что иное как тождество обоих.

Комментирование и размещение ссылок запрещено.

Комментарии закрыты.