Если оригинальность формы собственной …

Если оригинальность формы собственной системы, все ее сте- ническое (sthenische) свойство обнаруживается подобным обра­зом, то, напротив, своеобразие Рейнгольдовской философии со­стоит в раскрывающейся и обосновывающей тенденции, уделяю­щей много внимания своеобразным философским взглядам и их истории. Любовь к истине и вера в нее поднялись на такую чис­тую и головокружительную высоту, что для того, чтобы хорошо исследовать и обосновать вход в храм, он строит вместительное преддверие, в котором она, в целях экономии этапов своего дви­жения, занимается анализом, методологизированием и рассуж- дательством до тех пор, пока она, в утешение своей неспособно­сти к философии, не доходит до утверждения, что смелые по­пытки других были не чем иным, как предварительными упраж­нениями или заблуждениями.

Сущность философии как раз не имеет никакой основы для оригинальности, и, чтобы достичь ее, необходимо, если тело вы­ражает сумму всех оригинальностей, броситься вниз corps perdu. Ибо разум, обнаруживающий, что сознание находится в плену у оригинальничания (Eigentümlichkeit), становится философской спекуляцией лишь благодаря возвышению до самого себя и то­му, что он вверяет себя абсолютному, становящемуся одновре­менно его предметом. Он ничем не рискует, кроме конечности сознания, и, чтобы преодолеть ее и сконструировать в сознании абсолютное, он возвышается до спекуляции и находит в беспоч­венности ограничений и своеобразий свое собственное обоснова­ние. Так как спекуляция есть по сути своей деятельность единого и всеобщего разума, то он, вместо того, чтобы видеть в философ­ских системах различных эпох и умов всего лишь различные образы [мышления] и сугубо оригинальные взгляды, если только он желает освободить свою точку зрения от случайности и огра­ниченности, должен прийти к самому себе сквозь свои особые формы; иначе он найдет только пестроту рассудочных понятий и мнений, а подобная пестрота мнений не является философией. Истинным своеобразием философии является интересная инди­видуальность, в которой разум создал из материала особенной эпохи свой образ. Спекулятивный разум находит в нем дух от своего духа, плоть от своей плоти. Он созерцает себя в нем как тождественное, в качестве другой живой сущности. Всякая фи­лософия в себе совершенна и является, подобно истинному про­изведению искусства, в себе тотальностью. Подобно тому как произведения Апеллеса и Софокла, если бы Рафаэль и Шекспир знали о них, не могли бы быть для них всего лишь предвари­тельными упражнениями, но были бы родственными по силе ду­ха творения, в столь же малой степени разум может рассмат­ривать предшествующие формы самого себя только как предва­рительные. И если бы Вергилий увидел в Гомере всего лишь своего предшественника и предшественника своей утонченной эпохи, то и его творчество, в свою очередь, было бы также [лишь] подражающим прошлому упражнением (Nachübung).

Комментирование и размещение ссылок запрещено.

Комментарии закрыты.