Чистое мышление самого себя, тождество субъекта …

Чистое мышление самого себя, тождество субъекта и объек­та, в форме Я-Я есть принцип системы Фихте, и если непосред­ственно придерживаться одного этого принципа — в Кантовой философии трансцендентального принципа, лежащего в основе дедукции категорий,— то тем самым получим смело высказан­ный, подлинный принцип спекуляции.

Но как только спекуляция выходит за рамки понятия, кото­рое она сама себе устанавливает, и образует систему, она поки­дает саму себя и свой принцип и не возвращается к нему. Она препоручает разум рассудку и переходит в ряд конечных [опре­делений] (Endlichkeiten) сознания, из которых она затем не ре­конструируется в тождество и в истинную бесконечность. Сам принцип, трансцендентальное созерцание, попадает тем самым в неудачное положение противоположности дедуцированному из него многообразию. Абсолютное системы предстает лишь в фор­ме своего явления, охваченного философской рефлексией, а ука­занное определение, данное ему рефлексией, т. е. конечность и противоположность, не удаляется (wird nicht abgezogen). Прин­цип [единства] субъекта и объекта оказывается лишь субъектив­ным субъект-объектом, а то, что из него дедуцируется, прини­мает тем самым форму обусловливания чистого сознания, фор­му Я-Я, а само чистое сознание — форму обусловленного объек­тивной бесконечностью, временным прогрессором in infinitum, в котором трансцендентальное созерцание утрачивается и Я не конституируется в абсолютное самосозерцание, т. е. принцип Я-Я превращается в принцип Я должно быть равным Я. Разум, по­ложенный в абсолютной противоположности, низведенный, сле­довательно, до рассудка, становится тем самым принципом форм (Gestalten), которые вынуждено принимать абсолютное, и нау­кой о них.

Необходимость различать данные две стороны Фихтевой си­стемы— одну, согласно которой она устанавливает понятие разума и спекуляции в чистом виде, т. е. сделала этим возмож­ной философию, а другая, согласно которой она положила разум и чистое сознание в их единстве и возвела разум в его конечной форме в принцип,— для того чтобы показать различие этих двух сторон, это должно быть показано как внутренняя необходимость самого существа дела (der Sache selbst).

Комментирование и размещение ссылок запрещено.

Комментарии закрыты.