Но оставим это. Что такое естественные …

Но оставим это. Что такое естественные потребности? Где тот критерий, который покажет нам, какая потребность естественная, какая неестественная? Если под естественными потребностями мы будем разуметь такие, которые имеют естественный raison d’etre для своего существования, потому что могут быть в одинаковой мере удовлетворены всеми людьми данной страны, т. е. вполне соответствуют данной степени производительности общественного труда, то, очевидно, критерий, найденный автором, тождествен с тем, который и мы установили выше (так как в нем заключается требование и регуляризации коллективной властью индивидуальных потребностей, и уравнения индивидуальностей). И так это и должно было быть, потому что объективный критерий социального прогресса, будучи единым в действительности, должен и мыслиться всеми одинаково. Если же под естественными потребностями мы будем подразумевать вообще все потребности, соответствующие некоторой человеческой индивидуальности, которую мы принимаем за нормальную, то тут открывается широкое, безграничное поприще для субъективного произвола. Все будет зависеть от того, какую индивидуальность нам угодно будет взять за норму: индивидуальность ли, стоящую на самой высшей (разумеется, при современных условиях) или на самой низкой ступени развития или на одной из промежуточных ступеней.

Физиология не может дать нам для этого никакого научного масштаба: она может только указать, удовлетворение каких потребностей существенно необходимо для поддержания и сохранения органической жизни человека. Потребности эти равно присущи всем людям, в каких бы условиях общественной жизни они ни находились, среди какой бы природы они ни жили. Большая часть остальных потребностей прививается человеку данной средой, и их количество и качество определяет степень развития человеческой индивидуальности. Созданные под влиянием данной общественной среды, они-то всего более и влияют на изменение этой среды, образуют новые формы общежития, метаморфозируют старые и т. п. Если естественность  потребности     дает правомерность формы, то до тех пор, пока критика точно не знает, что следует разуметь под потребностями естественными и неестественными, она не может ни отвергать, ни доказать этой правомерности; у нее нет под ногами твердой почвы, она висит в воздухе, она осуждена блуждать в безграничных сферах субъективного произвола. Но автор нигде не дает объективного масштаба для определения естественных и неестественных потребностей, потому критерий, устанавливаемый им для критики общественных форм, объективен только по внешности, в сущности же он совершенно субъективен; в сущности — это только чисто формальное понятие, которое каждый волен наполнять каким ему угодно содержанием, смотря по своему личному вкусу или по степени развития своей собственной индивидуальности. Лучше всего в этом можно убедиться из собственных примеров автора, на которых он хочет показать, как критика разоблачает ложность идеализации       человеческих потребностей.

Возьмем один, самый крупный: «С первых же шагов человеческой культуры, — говорит автор, — у человека проявляется потребность экономического обеспечения (автор не замечает, что он впадает в смешную тавтологию: потребность экономического обеспечения есть потребность удовлетворять свои потребности!), которая создала разнообразные формы: собственности, наследственности, пользования и т. д.» Эта потребность породила под влиянием известных исторических обстоятельств различные формы монополии, так как было время, когда стремление к прочному обеспечению заставляло человека стремиться к накоплению материальных благ, к захвату и закреплению за собой более, чем сколько было нужно лично ему самому в данный момент; критика, по мнению автора, уясняя происхождение всех этих форм монополии, тем самым показывает их лживость, так как потребность удовлетворять своим потребностям вызывает лишь необходимость труда, а отнюдь не монополии. «Она, — говорит автор, — признает потребность экономического обеспечения (еще бы она вздумала не признавать потребности удовлетворять свои потребности!), но требует такого строя общества, где личность была бы обеспечена, не быв в то же время поставлена в необходимость монополизировать капитал, превышающий ее ближайшие потребности» (стр. 159). Но в том-то и штука, что такая критика ничего не может ни требовать, ни признавать, ни отвергать. Что такое ближайшие потребности? Всякий эксплуататор вам скажет, что все те потребности, для удовлетворения которых он монополизирует капитал, — его ближайшие потребности. Всякий консерватор будет утверждать, что существующие или существовавшие формы монополии никогда не превышают и не превышали ближайших потребностей тех лиц, в интересах которых они установляются или установлялись.

Комментирование и размещение ссылок запрещено.

Комментарии закрыты.