Взятое само по себе, это движение никогда не …

Взятое само по себе, это движение никогда не внушит нам никакой мысли ни о прогрессе, ни о регрессе. Но раз мы знаем, какова должна быть его цель, мы уже не в силах будем отрешиться от этих идей; мы непременно будем видеть в нем или прогресс, или регресс2, только критерий этого прогресса мы будем искать не в самом движении, как оно является перед нами, а вне его — в цели, которая должна быть им достигнута и с которой часто оно не имеет даже ничего общего.

Нельзя не признать, что в настоящее время, когда более здравая историческая критика ясно показала, как неосновательно и, можно сказать, как нелепо отождествлять процесс исторического движения с процессом органического, умы начинают склоняться именно в пользу такого, а не другого критерия социального прогресса.

Его начинают искать не в самом движении исторического процесса, а в цели человеческого общества, не в данном направлении развития общественной жизни, а в том, каким оно должно быть с точки зрения ее цели. Чтобы найти критерий органического процесса, нам нужно знать только законы движения органических изменений, а не цели органических форм. Только первые и могут быть нам известны, а вторые — вне наших познаний. Напротив, чтобы найти критерий исторического, социального процесса, нам нужно знать только цели социальных форм, а не законы их движения. Тут опять только первые могут быть нам известны, а вторые — никогда. В первом случае мы себя спрашиваем: что есть? Во втором — что должно быть? Как ответ на первый вопрос содержит в себе критерий прогресса в природе, так ответ на второй — критерий прогресса в истории. Вот два совершенно различных смысла, которые мы придаем слову прогресс, смотря по тому, говорим ли мы о прогрессе органическом или о прогрессе историческом. Но оба этих смысла одинаково содержатся в общем понятии прогресса, как мы его здесь определили. Только выражают они его неполно, так сказать односторонне; каждое из этих видовых понятий прогресса обнимает собой не три, а только два элемента своего родового понятия — и притом не одинаковые элементы, а различные; отсюда их неполнота и их несходство. Критерий родового понятия прогресса, т. е. такого понятия, которое охватывает все три элемента, которое включает в себя и представление о данном движении, и представление о данном направлении движения, и представление о данной цели движения, — критерий такого понятия будет безразлично содержаться и в ответе на вопрос: что есть, и в ответе на вопрос: что должно быть. Возьмите для примера понятие об индивидуальном прогрессе, которое мы назвали выше типическим. Здесь и направление, и цель нам даны; чтобы осуществить свою цель, движение организма, называемое жизнью, всегда должно следовать тому направлению, которому оно и в действительности следует, и наоборот: для нас логически немыслима жизнь организма иной, нежели мы ее видим; «что есть» для нас сливается с «что должно быть», а что должно быть с тем, что есть. Будем ли мы себя по этому поводу спрашивать: каково должно быть индивидуальное органическое развитие или каково оно есть, — и в том и в другом случае мы получим в ответ один и тот же критерий для оценки прогрессивности или регрессивности этого развития.

Таковы взаимные отношения видовых понятий прогресса в применении к природе, организму и обществу, естественной истории, индивидуальной истории и социальной истории… Каждая из них имеет свой особый смысл, и притом смысл третьего из них охватывает смысл первого и последнего.

Комментирование и размещение ссылок запрещено.

Комментарии закрыты.